В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Я направился в ванную умываться и приводить себя в порядок. Через пару минут в комнату вошла жена в халатике и встала возле второй раковины. Никаких романтическо-эротических поползновений ни с моей, ни с её стороны не было.
Сейчас не до этого.
Мы быстро умылись, оделись и спустились в столовую. Эммануэль, Карл и Наталья уже были там.
— Ваше Высочество, — подлетел ко мне французский принц. — Отправьте меня к войскам.
— И тебе доброе утро, Эммануэль, — усмехнулся я.
— Доброе, прошу прощения. Но мы не можем ждать, и…
— Поешь и будь здесь, — ответил я властно.
Эммануэль замер прищурившись.
— Вы знаете, где он ударит ещё?
— Предполагаю, — ответил я. — А теперь давайте позавтракаем? Чего вы гостей голодными держите.
— И то верно! — спохватилась Наталья и за руку оттащила от меня своего принца.
Пока мы завтракали, стало известно, что Константин перенёс ещё одну мощную британскую группу. На сей раз в тыл французским войскам, что сражаются на побережье.
Мы могли бы телепортировать нашу межнациональную бригаду… однако не стали. Враги сами перенесли очередную группу войск к нашей базе.
По этому поводу со мной лично связался Александр.
— Не скажу, что прям мощные силы, — сообщил брат. — Так, отвлечь и задержать. Мне кажется, тут справятся и без меня с Батуми. И даже без твоей невесты.
— Понял тебя. Тогда не вступайте в бой без необходимости.
Вскоре после этого разговора мои гвардейцы и отборные французские воины вступили в бой.
Итого сражения крупных соединений шли сразу в трёх точках.
В обоих точках, где сражалась разделённая французская армия, враг набирал преимущество. А вот в третьей точке межнациональная сборная бригада врага теснила.
— Ваше Высочество, мы должны выслать подкрепление, — в очередной раз подошёл ко мне напряжённый Эммануэль.
— Ты настолько плохого мнения о собственных войсках? — удивился я. — Думаешь, они разбегутся в ужасе?
— Нет! — вспылил он, но тут же взял себя в руки и покачал головой. — Не разбегутся… уж точно не сразу. Но…
— Ты ведь уже отправил бойцов? Из гарнизонов Лилля? Даже из Парижа. Гвардейцев из родов-добровольцев? Разве не так?
— Так, — вздохнул он. — Но пока они доберутся…
— Те, кто из Лилля, уже почти добрались.
