В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Когда Константин это понял, он собрал всё ценное, взял своих близких и вошёл в двустороннюю аномалию.
— Двустороннюю аномалию? — удивлённо переспросил я.
В моей голове вдруг начали всплывать странные образы. Витязь Архей из другого мира, с которым я повстречался в аномалии. Или же космодесантники, на которых мы с графом Игнатовым наткнулись в «Апокалипсисе».
Кто все эти люди?
Когда всё это было?
— Да, Константин сбежал с Земли в другой мир, заботясь о жизнях своих близких и своей собственной. Увёл довольно много людей, основал в новом мире себе небольшое княжество, решил всё начать заново… — Пустота замолчала, а затем натурально усмехнулась.
— У него ничего не вышло? — злорадно спросил я. — Жители этого другого мира оказались гораздо сильнее, чем мог предположить Константин?
— Нет-нет, — поспешила заверить меня пустота. — Он смог там укрепиться, заявить о себе так, чтобы с ним как минимум считались. Стал одной из новых сил этого мира… Да ненадолго.Дело в том, что в это Соцветие Миров заявилось Братство Кровопускателей[1], причём в весьма мощном составе.
"Я, может быть, и не понял всех слов окружающей меня пустоты, однако же то, что Константин в итоге добегался, было ясно, как белый день. Странно, наверное, благодарить созданий, пожравших целый мир, но спасибо им за это…
Стоп! Какое на хер спасибо? С каких это пор я благодарен монстрам за то, что они случайно сожрали моего врага? Нет, ладно, если бы только его сожрали…
Но там ведь пал целый мир!
И здесь у нас тоже.
Как Вольный Воитель, я не могу благодарить тварей. Пусть они хоть трижды сожрут Константина с потрохами.
Как Вольный Воитель, я должен защищать обычных людей!
Я не берусь защищать все миры. Но я должен оберегать то, до чего могу дотянуться! Я должен был защитить Землю от Константина и его глупых игрищ.
Должен был!
Но… только ли судьба Земли меня интересует?
Нет. Не только.
Есть что-то ещё. Что-то не столь масштабное, как защита мира, не столь альтруистическое, как спасение слабых.
Что-то более личное. Мелкое, по сравнению с судьбами миллиардов. Но гораздо более значимое для меня.
— Ладно, дружочек-пирожочек, — легко произнесла пустота. — Хватит лясы точить.
