В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Спустя примерно час «заговорил» наш общий голосовой чат:
— Ваше Высочество, мы почти на позиции, — доложил граф Игнатов-старший.
— Мы тоже подъезжаем, — сообщил князь Булатов.
— Будем через четыре минуты, Ваше Высочество, — по-армейски отчеканил генерал-майор Верховецкий, командующий гарнизоном губернии. Правда, сейчас он возглавлял небольшую группу, состоящую из лучших гвардейцев его рода и самых сильных бойцов гарнизона.
— Мы примерно так же, командир, — сообщил Батуми.
После отчитался и князь Волконский, и даже герцог Анжуйский-Захаров.
Ведь каждый хотел помочь мне. Каждый хотел в очередной раз продемонстрировать мне, что готов сражаться за меня. Реально ведь столько желающих оказалось, что у нас на всех попросту врагов не хватило. Вон сейчас князь Ростов дома грустит, потому что ему оппонента не досталось.
— Отлично, — произнёс я.
— Берегите себя, Ваше Высочество, — успел я услышать напутственные пожелания отца Светы, прежде чем отключил свою гарнитуру.
Ну да, старый герцог, видимо, больше всех за меня переживает.
Поймав взгляд Трубецкого, я молча кивнул ему. Он ответил тем же. Глаза княжича пылали решимостью. Трубецкой собирался выложиться на полную и идеально выполнить свою работу куратора всех групп. Хотя я знал, что Владимир жаждет лично отправиться на поле боя.
Но что поделать? Кто-то ведь и штабной работой должен заниматься.
— Яра, я пошёл, — сказал я Пожарской, когда машина остановилась. — Остальное на тебе.
— Уже уходишь? — хлопнула она ресничками. — Оставляешь меня тут за главную? А поцелуйчик на прощанье?
Она потянулась ко мне губами.
— Целуюсь только с законными жёнами. Максимум — с невестами, — отшил её я и выпрыгнул из микроавтобуса на снежную дорогу.
«Жёстко ты с ней», — хохотнула Фая, когда мы, «растворившись в мире», побежали в сторону имения Манусовых.
«А по-другому не получится, — парировал я. — Ей всё бы хиханьки да хаханьки, да связь без обязательств.
