В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Я чувствовал бурлящие внутри Пожарской эмоции. Нетерпение, ярость, обиду, грусть… Такой противоречивый коктейль, аж страшно!
— А чего это ты хмуришься, мой любимый принц, а? Неужели жена мозги вынесла, а ничего взамен не дала, а? Эх… так оно и бывает с жёнами. Но ты знаешь, я рядом. Могу помочь тебе сбросить твою хмурость и отдохнуть. — Она заговорщически подмигнула.
— Всё у меня в порядке с женой, Яра, — улыбнулся я. — Ни одна из трёх жён мне мозги не выносит. В отличие от одной баронессы.
Пожарская недобро свела брови.
— Значит, я тебе мозги выношу, мой любимый принц? — начала она распаляться. — Я организовала тебе с нуля СБ и передала твоей жёнушке полностью функционирующую службу и верных людей. Я перебила на этом побережье больше британцев, чем кто бы то ни был… ну, если не брать тебя в расчёт, возможно, у тебя наберётся больше британских тушек. Однако никто другой со мной в этом потягаться не может. Я сегодня собираюсь разнести там всё к чертям и уже наконец прикончить кого-нибудь из их трусливых Богоподобных! И ты говоришь, я выношу тебе мозг?
Я глубоко задумался вот над чем.
Может, ей всечь?"
"Не ждать, пока она спустит пар на врагах, перебесится и успокоится, а самому устроить ей хорошенькую взбучку? Так, чтобы мозги на место встали?
«Не поможет, оппа», — со знанием дела проговорила Фая.
«Думаешь?»
«Она ещё больше после такого беситься будет, из-за того, что ты с ней не спариваешься. А в стаю полноценно так и не пойдёт. Смысл тебе ей силу демонстрировать, если она и так признаёт, что ты сильнее её?»
«Какая ж ты умная».
«А то ж!»
«Так может, посоветуешь, что с ней делать?»
«А чего тут советовать? Ты ведь и сам всё знаешь. Сам же самке номер один сказал, что нужно подождать. Вот и подождём».
— Да, Яра, всё так, — спокойно произнёс я, подчинив собственные эмоции. — Я бесконечно благодарен тебе за всё, что ты сделала. Но своим текущим поведением ты выносишь мне мозг. Вассал не должен так поступать с господином.
— Я для тебя всего лишь вассал? — прошипела она.
Боль внутри Яры на миг вытеснила из неё все другие эмоции. А затем ярость накрыла баронессу с новой силой. Она сжимала зубы и скалилась.
— Не только, — мотнул я головой. — Прежде всего ты для меня дорогой друг. Боевой товарищ. Человек, которого я ценю и уважаю. Но всё это не даёт тебе права крутить мне мозги.
— Гр-р-р-р…
— Если не возьмёшь себя в руки, Яра, я не допущу тебя на поле боя, — проговорил я холодно.
