В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Итак, я со всем своим зверинцем проморгал засаду.
Но я — Вольный Воитель, а со мной очень опытные воины. Разумеется, мы не пёрлись на земли врага совсем уж как стадо, рассчитывая исключительно на мои сенсорные способности.
Потому в разных частях нашего транспортировочного построения располагались лучшие бойцы, готовые прикрыть товарищей в случае внезапной атаки. Потому замыкающим был Эммануэль.
Потому, хоть мы и понесли потери, довольно быстро смогли защититься. Это хорошо.
Но, чёрт подери, как же нас так провели-то, а⁈ Знал враг, где конкретно мы вылезем? Или же засёк наши первые отряды, когда те появились возле британской базы, а затем, за время переноса остальных войск, смог незаметно прибыть сюда?
Это ведь чернокожая жена Константина телепортирует всю армию мгновенно.
И всё же, как враг смог провернуть атаку незаметно?
Внезапно у меня в голове зазвучал гневный треск и рассерженный писк.
Юрец вышел на связь. И Юрец явно недоволен происходящим.
«Что?» — рявкнул я.
Он прислал мне мыслеобраз удирающего с поля боя практически неприметного огонька энергии.
«Подробнее!!!» — потребовал я.
Огонёк энергии стал ярче. Хм… ему сложнее поддерживать свою способность активной? Но что это?
У меня в голове всплыл образ моей улыбающейся сестрёнки Жени.
«Что? Ты сбрендил?»
Вдруг мне стало легче поддерживать огненную стену, а моему болвану проще держать поглощающий щит.
Земля под ногами затряслась.
Трое моих драконов обрушили свои техники на головы врагов.
«Оппа, наш лысый дружок оказался умнее тебя, — захохотала Фая. — Быстрее сообразил».
«Я тоже уже понял, — выдохнул я, переводя дух. — Иллюзионист! Настолько мощный, что своей иллюзией смог обмануть само Пространство. Потому мы и не смогли его засечь своими поисковыми техниками. Но ему явно сложно поддерживать свою способность долго».
«Умница, оппа! Не уступил битву разумов глупому лысому жучаре. Правда, в одном ты ошибся».
«В чём же?» — хмыкнул я и направил только что полученную после атак Фаи энергию-опыт в сиюминутное восстановление.
«Не „ему“, а „ей“. Лови апдейт от Лысого».
Через дракониху мой скарабей прислал мне «видео»: энергетический слепок на бегу становился всё более ярким, а затем и вовсе обрёл видимые очертания.
Пару секунд спустя иллюзия полностью развеялась, и я увидел бегущую по лесу молодую женщину в дорогих кожаных доспехах. Её лицо было открыто, так что я сразу узнал в женщине восьмую жену царевича Константина — Жаклин.
