Я стоял в узкой прихожей, его темные глаза ожидательно светились за тонированными окнами. Моя дрожь не могла скрыть под маской спокойствия, но сердце бешено колотилось в груди. Он протянул ко мне руку с черным дымком на ладоне, и когда дым рассеялся — передо мной оказалась изящная цитрусовая брошь....
Потому что внутри все кипело!
– Смотря в чем отказываю. В постельных развлечениях – да! И подачки от тебя принимать не собираюсь.
– Ну уж нет. Ты наденешь это кольцо. – Арейш схватил меня за руку, но я отступила и повернула запястье, высвобождая из цепких пальцев.
– Зачем? Ты ведь не хочешь жениться! Зачем себя мучаешь?
– Эвелин, не зли меня!
– Да не собираюсь я тебя злить! – Я отступила еще на один шаг, чтобы теперь не дотянулся. – И заставлять на себе жениться тоже не собираюсь. Вообще зачем тебе я? На отборе столько невест, которые с радостью прыгнут к тебе в постель.
Арейш зарычал и рванул ко мне.
– Ты наденешь это кольцо!
Я призвала магию. Это человеческая магия на шиагов не действует, а вот их собственная – очень даже действует! Черный шар стремительно разрастался между нами, грозя разнести к вурдалакам комнату, но Арейш, к сожалению, вовремя среагировал. Одно движение рукой – и боевая, взрывоопасная магия моментально рассеивается.
Сбежать не успела. Издав еще один рык, Арейш схватил меня за плечо, развернул и впечатал в стену… почти что лицом. Повезло – голову успела вовремя повернуть, чтобы носом не встретиться с камнем! Совсем рехнулся, что ли?
Ладони шиага оказались у меня на талии, обожгли сквозь тонкую ткань прикосновением, словно к обнаженной коже.
– Отпусти немедленно! Ты что себе позволяешь?!
Арейш поймал мою руку, ловко надел на палец кольцо.
– Ты станешь моей женой, – прошептал он на ухо, обжигая дыханием.
Отстранился всего на мгновение, но я не успела ничего предпринять. Рука Арейша скомкала тонкую ткань, забираясь под подол. Горячие пальцы скользнули по бедру, срывая тонкое кружево нижнего белья. Я вздрогнула, все же попыталась развернуться.
Я вскрикнула, застонала, выгибаясь.
– Ты моя Эвелин, слышишь? Моя, – то ли прошептал, то ли прохрипел он на ухо, сопровождая слова настойчивыми, решительными толчками.
А потом застыл, тяжело дыша за спиной. Я тоже замерла. Сердце колотилось как бешеное. Ноги дрожали, едва удерживая в вертикальном положении.
