Я стоял в узкой прихожей, его темные глаза ожидательно светились за тонированными окнами. Моя дрожь не могла скрыть под маской спокойствия, но сердце бешено колотилось в груди. Он протянул ко мне руку с черным дымком на ладоне, и когда дым рассеялся — передо мной оказалась изящная цитрусовая брошь....
Ведь могла бы догадаться, учитывая, что пирожки он тоже уплетать умудряется.
Спустя пару долгих мгновений, наполненных оглушительной тишиной, в зал ворвалась Луиза.
– Что вы здесь устроили?! Я ведь предупреждала! Чтобы не смели друг другу вредить!
– Мы… мы не хотели, – залепетала Лойлана, глядя на разъяренную преподавательницу.
– Немного повздорили. – Исарра сохраняла спокойствие.
– Немного? А это что? – Луиза кивнула на клок волос у нее в руках.
Исарра тоже на него посмотрела, брезгливо отбросила от себя.
– Это случайность.
– Так. Чтобы больше подобного не было. Ругаться можете сколько угодно, но чтобы без какого-либо вреда друг другу. Иначе пожалеете. Очень сильно пожалеете.
Луиза кивнула Шати, тот моргнул, и сероватые облачка исчезли, предварительно поставив девушек на ноги. Преподавательница окинула нас всех строгим взглядом. Произнесла недовольно:
– Вы здесь вытворяете непонятно что, в то время как у меня для вас новость. Как вас таких уважаемым шаэл’лэ показывать? Как к ним пускать, если вы не знаете элементарных правил приличия? Но через два дня мы все отправимся в Альтавен, в один из замков Повелителя.
Но последнюю фразу никто из невест уже не слышал. Потому что в мыслях громыхало единственное: «Альтавен. Замок Повелителя».
Глава 4
Вся академия стояла на ушах. Еще бы – всего два дня, чтобы подготовиться, а потом мы в составе из двадцати трех невест, Луизы и еще пары людей от академии, чтобы, вероятно, за нами присматривали, отправимся в Альтавен, в замок к самому настоящему Повелителю!
Как объяснила Луиза, событие на самом деле неординарным не назвать.
Луиза и Наиретта на пару рассказывали нам правила поведения в замке Повелителя. Но если Наиретта просто, по сути, повторяла основные положения по этикету, то все наставления Луизы сводились к простому: без шиагов нельзя ступить и шагу, мы должны сидеть в своих покоях и не высовываться. Выйти можем только в том случае, если какой шиаг позовет на прогулку.
