В вылете из озера медуза становится не просто опасным монстром, а живым оружием, бросающим щупальца, превращаясь из толстой пленки в чудовищный краб. Этот экшн-квест на воде готовит путешествие в мир подводных бездн и непредсказуемых приключений, где каждое щупальце — новый уровень опасности....
Похоже, «Последний попаданец 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы шли километра два, после чего Трыг дал знак остановиться.
— Вот за этой скалой золотая жила, — прорычал он. — Пока там безопасно, но через два часа стемнеет, и если после этого мы окажемся там по одному, эти уродцы соберутся в кучу и нападут. Если пойдём все — уйдут в норы. Идите и убейте их.
И всё. На этом инструктаж закончился, и наш спутник отправился к себе в поселение.
— Может, ну его на хер? — подал голос какой-то благоразумный гном из команды Грабера.
— Как Гимли скажет, — неожиданно проявил осторожность и сам Лысый.
— Я всё равно пойду! — заявил Бурин, и все его товарищи закивали.
Собственно, разделение понятно. Первые сопровождают меня, и Фирин им неплохо заплатит вне зависимости от исхода предприятия. Другие же изначально грезили сокровищами и приключениями. К слову, из трёх погибших при атаке жабо-орков один был из первой группы, а двое — из второй.
— Давайте глянем сначала что там, — принял я соломоново решение. — Вдруг они вообще нас не тронут.
— Это вряд ли, — Грабер покачал головой.
— А чего ты тогда со мной тролля обрабатывал? — удивился я.
— Мне показалось, ты знаешь, что с ними делать, — пожал плечами Грабер.
— А мне показалось, что ты знаешь.
— Ну хорошо хоть сейчас выяснили, — засмеялся Лысый и запустил пальцы в бороду. — Тут проныра нужен, чтобы пробраться внутрь и разведать, где их гнездо.
— А подробнее можно? — навострил я уши.
— А чего нельзя…
Грабер, не сводя взгляда со скалы, за которой начиналась золотоносная жила, поведал о двух своих предыдущих встречах с коботами и о том, что они агрессивные хищники и живут стаями. Как и сказал тролль, дневного света они не выносят, но даже ночью далеко от своих пещер не отходят. У каждой стаи есть центр, где растят молодняк, правда при этом Грабер заметил, что никогда раньше не слышал, чтобы у этих монстров водилась какая-то тяга к золоту и драгоценностям.
Заявление лысого рассказчика подняло в моей голове целую кучу философских вопросов о смысле жизни разумных, полуразумных и неразумных и перед глазами всплыла пирамида потребностей Маслоу, но, ввиду неуместности подобных размышлений, я решил отложить их на потом.
— Я тоже никогда о таком не слышал, — подтвердил Бурин. — Более того, насколько я знаю, они хоть и живут стаями, но эти стаи между собой обычно воюют. А тут получается какое-то чуть ли не общее управление.
