В швах медицинской маски скрывается новый пришелец из будущего. Секретное предательство, смертельная операция и мгновенная реинкарнация — вот что ждет героя в мире неожиданных возможностей. Каждый шаг на грани жизни и смерти открывает новые пути для перемены судьбы.
Похоже, «Последний попаданец» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я припал к кружке и в несколько глотков осушил её наполовину. Холодное пенное придало уверенности и сходу ударило в голову гораздо быстрее и сильнее, чем на Земле. Должно быть, сказалось молодое неустойчивое к ядам тело, крепость напитка и нервы.
— Ты действительно ударился головой, упав с лошади? — огорошил расслабившийся было мозг старик.
Не нужно было быть гением, чтобы понять — в данный момент если и не решалась моя судьба, то, по крайней мере, это было некой ключевой поворотной точкой.
— Нет, с лошади я не падал, — выдал я, глядя в глаза собеседнику, — но о том, что до сегодняшнего дня было со мной, понятия не имею.
— И рождаются они восемнадцатилетними… — едва слышно прошептал старик.
— Кто? — спросил я, не будучи уверен, что правильно расслышал.
— Такие, к которым ты, похоже, относишься, — вздохнул старик и, сделав ещё несколько глотков из кружки, сильно понизил голос. — По-разному таких называют… Внезапники, беспамятные, внешники, беглецы… Но чаще всего — проклятые…
Глава 4
От его слов у меня похолодело внутри.
— Когда таких допрашивали, — продолжил собеседник, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Зачастую они рассказывали о каких-то других мирах. Отсюда, кстати, появилось прозвище «беглецы». Ты что-то помнишь о прошлом мире?
Приехали, блин… Одно из главных правил попаданца — не говорить об этом.
Только вот вариантов по-прежнему нет… Этот старик, конечно, может оказаться замаскированным членом тайной организации, разыскивающей и выявляющей таких, как я, и тогда мне звезда. Но вроде я всегда неплохо разбирался в людях и вижу в его лице, кроме подозрительности и любопытства, ещё и сочувствие.
— Помню, — кисло усмехнулся я и сделал ещё один глоток из кружки.
— Дела… — старик откинулся на стуле и уставился в потолок.
Так он просидел с минуту, а потом вдруг закатал правый рукав рубашки.
Ух ты ж мля! Почти якудза!
Всю руку собеседника покрывали татуировки. Вот на них он с интересом и уставился, а потом посмотрел на меня.
— Знаешь, что это?
— Татуировки.
— Что?
— У нас рисунки на теле называются татуировками.
