Автор
В дымчато-зеленых сумерках город напоминает мрачное сценарий в фильме о закатах. В этой комнате, где стены тлеют от старости и слез, ты находишь последнюю букву Севера — там, где начинается таинственная история второго романа Лины Винчестер "Последняя буква Севера".
– Чем умнее девушка, тем больше анализа и вопросов у нее в голове. Черт, как же меня бесит вся эта влюбленная чушь. – На секунду прикрыв глаза, Рэм сжимает переносицу. – Разве это не должно быть приятно? Я будто болею и медленно умираю изнутри.
– Так чувствуется безответная любовь, – говорю я, вспомнив многолетнюю влюбленность в Оливера. – Однажды это пройдет.
– Через сколько? Можно это как-то ускорить?
– Не уверена. Посоветуйся с парнями.
– Пробовал. Ник предложил посмотреть порно, Оливер посоветовал рассказать ей о своих чувствах и переживаниях, а Джейк начал загонять что-то о темной психологии.
Рассмеявшись, я решаю больше не лезть с вопросами к Рэму, потому что с каждым сказанным словом он раздражается все больше.
В кафетерий заходит Джейк, он держит за воротники двух парней и ведет их как провинившихся детей.
– Был на охоте, Джейки? – спрашивает Рэм, когда Элфорд останавливается напротив.
– Да, поймал двух оленей. – Улыбнувшись, он хорошенько встряхивает ребят.
Парни явно напуганы, они на год или два младше нас, и сейчас Джейк выглядит как их старший брат, который вечно обижает младших.
– Микки, прости за то, что было на Хэллоуин, – говорит один из них, потупив взгляд. – Нас обещали пропустить на вечеринку к Рэму, если мы это сделаем. Если закидаем твой дом.
– Я здесь ни при чем, – вскидывает ладони Рэм.
– В тот день Айрис подошла к нам после уроков и попросила это сделать, сказала, что это месть бывшему. Извини нас.
– Мне казалось, мы договорились, что во время извинения вы оба будете плакать. Рэми, они плачут?
– Не вижу слез, – он закатывает рукава. – Сейчас устроим.
– Не надо! – прошу я, как только Рэм поднимается. – Все хорошо, спасибо, что извинились.
– Валите отсюда. – Джейк отпускает их воротники и отряхивает руки, словно испачкался.
– Как ты узнал, что это они? – спрашиваю я, глядя вслед убегающим парням.
– Эрин рассказала, слышала, как они трепались об этом на парковке перед уроками.
– Моя Эрин? – Рэм касается пальцем своей груди.
– Тебе нравится говорить «моя», даже зная, что это далеко не так, да, Рэми?
– Пошел ты.
В кафетерий заходит Ник, на голову накинут капюшон светло-розового худи, а на лице настолько непривычное выражение холодной злости, что я замираю.
Ник уверенно идет в сторону ПАКТ. Ухватившись за край стола, он сносит его в сторону с такой яростью, что тот переворачивается, тарелки и ланч летят на пол, а девочки вскрикивают.
