Автор
В дымчато-зеленых сумерках город напоминает мрачное сценарий в фильме о закатах. В этой комнате, где стены тлеют от старости и слез, ты находишь последнюю букву Севера — там, где начинается таинственная история второго романа Лины Винчестер "Последняя буква Севера".
– Ты сказала Рэму?
– Нет, я подкинула маме Фло и Майло, и мы ушли до его прихода.
Достав телефон, я звоню Нику. Гудки тянутся вечность, и наконец он отвечает.
– Хочешь нового парня, чикита? Ты сделала правильный выбор, со мной веселее.
– Ты виделся с Бэйли?
Помолчав несколько долгих секунд, он отвечает:
– Нет.
– Рут сказала, что она сегодня заехала к ней, чтобы отдать вещи, и я подумала, что ты должен знать.
Снова пауза.
– Спасибо, Микки.
Сжав телефон, я киваю, будто Ник может это увидеть.
– Как ты?
– Не знаю. – Он делает глубокий вздох. – У слово «хреново» есть более тяжелая версия?
– Очень сильно хреново?
– Да, это вполне подходит.
– Ты не виноват, Ник, ты ведь знаешь?
– Только я этого не чувствую, а значит виноват. Мне пора, чикита, отец зовет.
Ник сбрасывает трубку, а я снова пытаюсь дозвониться до Бэйли, но безрезультатно.
***Спустя несколько дней шок от урагана постепенно отходит на второй план, школа и соцсети словно выходят из спячки и возвращаются к обсуждению сплетен.
Больше всего в интернете ненавидят Рэма, Бэйли и меня. Рэма за то, что ударил любимчика девчонок, Бэйли за то, что наговорила о Нике, а меня за то, что я переспала со всей группой. К слову, последний факт теперь наполовину правдив.
Сегодня на собрании группы парни должны будут решить, останется ли Оливер в Норд.
Я пыталась хоть как-то загладить вину, нарисовав новый логотип по просьбе Рэма. Добавила к компасу символ в виде звезды, расходящейся из центра лучами.
Отложив учебник для подготовки к SAT1, я притягиваю на кровать ноутбук и решаю почитать комментарии, чтобы узнать, как фанаты восприняли новую песню Олли, которую он исполнил в Мунлайт.
К моему удивлению, почти никто не обсуждает песню, все сосредоточены на драке и возможном распаде группы.
