И решили взять достойные представители высочайших родов, заседавшие в Совете, дело в свои руки. Пригласили во дворец самых знатных красавиц из королевства и соседних стран-государств, чтобы Вариоту выбор был, да и праздник для народа заодно устроить. Подробно описывать всё не буду, сведём рассказ к главному.
Зря, я бы послушала. И о красавицах, и о нарядах, и о красоте королевского дворца.
– Значит, была среди приглашённых и прекрасная Миллиэль, младшая дочь эльфийского Владыки, с ясными глазами, редкого фиалкового оттенка, с изящными чертами утончённого лица, с шёлковым водопадом волос, чернее ночи, с белоснежной кожей, не тронутой солнечными лучами… – восхищённо описывал внешность неизвестной мне эльфийки тот, кто обещал рассказать только о главном.
О чём я не постеснялась ему напомнить:
– Родерик, ты отвлекся немного, – недовольно оборвала его хвалебную оду.
– Прости, – повинился он, но в голосе не было достаточно раскаяния, так что его извинения я не поверила. – Так вот, Вариот не смог устоять пред столь пленительной красотой и женственностью, и влюбился, окончательно и бесповоротно. Совет разделился на два лагеря. Одни выступали за такой союз, обещавший выгодные торговые договора и поддержку эльфов, другие были категорически против, так как высокомерное отношение представителей Священных лесов ко всем, кроме своих сородичей, было хорошо известно и не предвещало остальным ничего хорошего, стань Миллиэль королевой Теорсии.
– А зачем они тогда её, вообще, пригласили? – удивилась я такому не логичному поступку.
– Как по-другому? Приглашали то всех, если бы обошли стороной эльфов, то это выглядело бы, как прямое неуважение, даже оскорбление. С этими остроухими зазнайками и так всегда не просто было, а в этом бы случае грозило разрывом всех связей, – объяснил мне, как маленькой, Хранитель азы дипломатического искусства.
– Так чем дело кончилось?
– Не торопись. Всё по порядку. Стало быть, Вариот без памяти влюбился в Миллиэль, а вот в Вариота была влюблена Кэриана Крэшор… – сделал он многозначительную паузу.
– Крэшор? – мгновенно встрепенулась я на знакомое имя. – Из того самого рода, который не совсем любезный?
– Именно, – расхохотался он на мои слова. – В то время род Крэшор занимал менее значимое место при дворе и отличался куда более покладистым и дружелюбным нравом.
Кто бы сомневался, усмехнулась я своим мыслям, чем ближе находишься к власть имущим, тем явственнее проступают все «лучшие» черты характера.
– Ситуация во дворце и в Совете накалялась с каждым днём, грозя перерасти из словесных дуэлей в схватки на ратном поле. Тогда лорд Рисан Эйшар предложил весьма мирное решение конфликта – проверить на истинность чувств обеих девушек.