Апрель 1945 года. Советские войска наступают на Берлин. Барон фон Гертенберг, вице-президент мистического общества Аненербе, готовится бежать из рейха. Советская контрразведка охотится за ним. В его руках — секреты, способные изменить ход истории. Захватить беглеца любой ценой становится...
Он пальцами запихивал их обратно под приборы, чтобы пилоты не сразу заметили диверсию, утрамбовал куда-то вглубь, пристроил на место крышку.
Сердце его вырывалось из груди. Что еще сломать? Нет, поздно. Секундомер в голове извещал, что время вышло. Он выскочил из кабины.
Когда полицаи влезали внутрь с последним контейнером, Потанин стоял посреди салона и расточал в их адрес матерные слова. Мол, какого хрена вы возитесь, бойцы? Я замаялся ждать! Они помалкивали, лишь косились на него, волоком потащили ящик в общую кучу.
Недобрые опасения Олега подтвердились. Это была последняя ходка.
По прибытии в замок барон отвел его в сторону, выслушал доклад о благополучном завершении погрузки, удовлетворенно кивнул и спросил:
— Испугались сегодня утром, Алекс, когда узрели труп вашего коллеги?
— Признаться, было такое дело, господин барон, — подтвердил Потанин. — Смалодушничал немного. Это так неожиданно. Очень жалко, когда теряешь товарища по службе. А еще обидно за человека, когда он гибнет вот так, а не в боевой обстановке. Он же был важен для вас.
— Да, безусловно, — без тени печали отозвался барон. — Этот человек был очень нужен, мне будет его не хватать. Надеюсь, вы возложите на себя обязанности, которые поручались ему, а также дополните наше дальнейшее сотрудничество другими полезными вещами.
— Это не подлежит сомнению, господин барон.
— Ну, что ж, посмотрим. Сегодня можете отдыхать. Считайте вторую половину дня выходным. Мы решим, что делать с вашими полицейскими. Возможно, они усилят оцепление. Кстати… — Барон замялся. — Мы получили радиограмму из Берлина. Ее отправил мой товарищ по археологическим экспедициям. Его зовут Отто Зиммер. Он находился в здании Рейхстага, там еще работала радиосвязь.
— Что-нибудь известно про майора Штрауба? — встрепенулся Олег. — Простите, господин барон, но если это так, то мне придется перед вами извиниться, покинуть вас и до конца выполнить свой долг военного разведчика."
"— Да неужели, — проворчал тот, пытливо созерцая лицо собеседника. — Оставьте бессмысленные надежды, Алекс. Берлин горит, и положение ухудшается с каждым днем. Защитники города не справляются со своими задачами, отступают к центру. Их давят войска сразу трех советских фронтов. Подкреплений не будет, это уже понятно. Судьба рейхсканцелярии и ее обитателей неизвестна. Рейхстаг подвергается обстрелу и штурму уже третий день, с двадцать восьмого апреля. Его атакуют две дивизии русских. Когда звонил Зиммер, они уже заняли первый этаж, рвались вверх.
