Автор
В тесной и небольшой клетке я чувствую себя запертым зверем, словно возвращаясь к тому времени, когда первый раз посетила зоопарк. Теперь же я — сама преступник, заточенная в камере, где нет даже пространства для мысли и души. Эта жестокая атмосфера создает невыносимое давление на меня, заставляя постоянно быть напряженно настороже....
Это было, когда стражи пришли за мной, и не важно, что Дмитрий заявил о том, что после прибывания им в состоянии стригоя он был больше не способен любить. Он молниеносно отреагировал в мою защиту.
Мы были в безнадежном меньшинстве, но его это не заботило.
Один взгляд на его лицо — и мое сверхъестественное понимание его — сказали мне все, что мне было необходимо знать, я столкнулась с угрозой.
Он должен был защитить меня.
И он защищал меня.
Он сражался, как бог, словно мы снова вернулись в Академию Святого Владимира, где он учил меня бороться против стригоев.
Тогда в кафе, он вывел из строя куда больше стражей, чем был способен один человек.
Единственная вещь, которая остановила это — и я действительно верю, что он боролся бы до последнего вздоха — было мое вмешательство.
Я не знала в то время, что происходит и почему множество стражей хотели арестовать меня.
Но я поняла, что Дмитрий был в серьезной опасности причинить вред его и без того хрупкому положению при дворе.
Возвращение из стригоев было немыслимым и многие все еще не доверяли ему.
Я умоляла Дмитрия остановится, больше боясь о том, что случится с ним, чем со мной.
Я знала, малая часть того, что там произошло было сделано из-за меня.
Он пришел на мое слушание — под охраной, но ни Лисса ни я не видели его с тех пор.
Лисса упорно трудилась, чтобы очистить его от любых правонарушений, боясь, что его запрут снова.
А я? Я пыталась убедить себя не думать о том, что он сделал.
Мой арест и потенциальная казнь имеют преимущественную силу.
И тем не менее… я до сих пор спрашиваю себя.
Почему он сделал это? Почему он рисковал своей жизнью ради меня? Была ли эта инстинктивная реакция на угрозу? Он сделал это для Лиссы, которой поклялся в верности, за ее участие в его освобождении? Или он действительно сделал это, потому что у него все еще есть чувства ко мне? Я до сих пор не знаю ответа, но видя его таким, неистовым Дмитрием из моего прошлого, во мне вспыхнули чувства, которые я так отчаянно пыталась подавить.
Я пыталась убедить себя, что на то, чтобы прийти в себя после этих отношений нужно время.
То, что чувства еще сохранились, было вполне естественно.
К сожалению, это заняло больше времени, чтобы вернуть своего парня, когда он бросился в опасность из-за вас.
Несмотря на это, слова Кристина и Таши дали мне надежду относительно судьбы Дмитрия.
В конце концов, я не была единственной на грани жизни и смерти.
