Игорю все это казалось настоящим бредом, тем более, опасным, что он с новой силой разбередил прежний его кошмар, возникший сразу после ночного боя. Нравилась ли ему Варвара? Однозначно, да. Хотел бы он быть с нею точно так же, как с Еленой? И опять — да. Тем более, что и она на него смотрит как-то не по-сестрински. Но правильно ли это? Нормально ли? Увы, нет! И какие бы доводы «за» не подбрасывало ему разгоряченное подсознание, — типа, «она тебе не сестра», — Бармин был уверен, что даже пробовать не стоит, потому что нельзя. Не положено и не следует, потому что аморально. Однако разговор, состоявшийся у Игоря с профессором Чюкштите, — в Вильне за два часа до встречи с Великим князем, — поколебал его уверенность.
— Итак, — сказала через несколько секунд, потребовавшихся, чтобы закурить длинную черную с серебром сигарету, вставленную в мундштук из черного янтаря, — будем говорить об отношениях. Я правильно поняла ваш интерес, Ия Ильинична?
Спрашивала она Злобину, но смотрела при этом на Игоря. Глаза ее за тонкими стеклышками пенсне выражали при этом живейший интерес.
— Вы все правильно поняли, Мара Эдгаровна, — чуть улыбнулась майор. — Мы пришли, чтобы вас послушать. Вот список интересующих нас вопросов.
С этими словами Ия положила перед Профессор Чюкштите листок белой бумаги, на котором ее идеальным почерком были записаны ровно семь вопросов, ответы на которые хотел получить Бармин. Впрочем, как минимум половина тем не в меньшей степени интересовала саму организатора встречи.
— Что ж… — сказала женщина, просмотрев список.
Игорь с Ией тоже сделали заказ и одновременно посмотрели на профессора, как бы приглашая ее начинать.
— Видите ли, молодой человек, — чуть усмехнувшись их пантомиме, начала тогда женщина, выделив Бармина в ученики, — маги и не маги — это два разных биологических вида.
В телефонном разговоре Ия представила Игоря Маре Эдгаровне, как Маугли с Груманта, без имен и титулов и, разумеется, без политики. Просто недоросль, прибывший из-за полярного круга, которого необходимо срочно образовать и воспитать.
— Нет сомнений, что мы, я имею в виду магов, произошли от вида Хомо Сапиенс и до сих пор связаны с ним близким родством. Анатомических различий между нами практически нет, если не считать конечно Центральную Нервную Систему, в которой отличия как раз видны даже невооруженным глазом.
«А в книге было написано, что различий нет, — отметил Бармин. — Кому прикажете верить?»
— Мозг Хомо Магикус, — между тем, продолжила свою лекцию профессор Чюкштите, — в среднем несколько больше: на 8-10 % по объему и на те же 10 % по массе. В особенности, у нас развиты лобные доли головного мозга, таламус, базальные ганглии и височно-теменной комплекс.