Автор
В интересном месте девушка доставала из рюкзака футляр, который она называла "очечник". У этого футляра было другое название и прибор внутри тоже, но Наяне нравились словесные игрушки. В этих звуках — шипении металла или шуршании дождя по стеклам окон — она чувствовала успокоение....
А Варвара утверждает, что план не обязателен и можно обойтись без него. Если сейчас принять эту точку зрения, то придется признать, что она, Наяна, ошибалась. Она все делала неправильно. Она исходила из ложных постулатов. Она была глупой.
Нет, это невыносимо! Надо на что-то переключиться.
– Принести тебе что-нибудь? – спросила она Елизавету.
– Коньячку, будь добра, и пару кусочков сыру.
Наяна принесла ей коньяк в пузатом снифтере на короткой ножке и блюдечко с нарезанным сыром и дольками лимона. Потом отошла снова и вернулась с чашечкой чаю для себя.
Баба Лиза смаковала коньяк крошечными глоточками и посасывала лимон, то и дело бросая на Наяну испытующий взгляд.
– Что примолкла, красавица моя? Расстроилась?
– Угу, – промычала Наяна.
– Из-за чего?
– Если я признаю, что ошибалась, то получается, что я совсем дура, все делала неправильно. Не очень-то это приятно.
– Ну, во-первых, это совершенно необязательно, – возразила баба Лиза. – Ошибаются все, даже самые умные на свете. Никакая ошибка не делает человека глупее, чем он есть.
– А во-вторых?
– А во-вторых, что страшного в том, чтобы оказаться дурой?
Наяна растерялась, ведь ответ для нее был очевиден.
– Ну как же… – начала было она и осеклась. Слова закончились. Аргументов не было. Как можно доказать аксиому? Аксиома и есть аксиома, ее не доказывают, ее принимают как уже доказанную данность.
– Ну вот так же, – резко проговорила Елизавета. – Человечество само себе портит жизнь, придумывая страшилки. Ах, им, видите ли, страшно оказаться нелюбимыми! Им страшно показаться глупыми! Они боятся оказаться виноватыми! Да чушь все это, поверь мне, деточка.
Она одним глотком допила коньяк и принялась жевать сыр.
– Я кажусь тебе циничной старухой? – вдруг насмешливо спросила она.
– Нет, что ты.
– Не ври, я все вижу. Именно так ты обо мне сейчас и думаешь.
