На Кейру с Боргом не обратили внимания.
Обогнув здание, мужчина подвел девушку к беседке и предложил присесть. Сам остался стоять, заложив руки за спину. Несколько минут Эндрю молчал, прикрыв глаза, соображая, с чего начать. Наконец, вздохнув, начал говорить:
— Тот маг, о котором вы говорили, Кейра, он очень опасен. Его имя Зигфрид
Дарийский, он потомственный жрец и служит во дворце. Да-да, я не оговорился. Зигфрид
— правая рука Людвига третьего, ныне покойного. Как вы, наверняка, слышали, на смену отцу пришёл сын… Анрияр первый. Принц Туанский. Коронация предстоит лишь через месяц, однако по факту наследник уже правит. Нас ждут страшные перемены… — Эндрю
Борг замолчал, снова погружаясь в тяжкие думы, его лоб прорезала глубокая линия. –
Впрочем, этот разговор продолжать не стоит. Не здесь. Не сегодня. Не с вами. А теперь, юная леди, я бы хотел услышать правду. Кто вас нанял и для чего? — безо всякого перехода задал вопрос мужчина, уставившись на Кейру немигающим взглядом.
— Ох, снова! — всплеснула руками девушка, поднимаясь на ноги. — Простите, господин Борг, но в этом разговоре я участвовать отказываюсь. Если я и соглашусь перед кем-то оправдываться и доказывать свою невиновность, то это будет не здесь и не перед вами.
Выпрямив спину до хруста в позвоночнике, Кейра гордо отправилась назад, в контору.
— И перед кем же вы согласитесь оправдываться? — донеслось ей вслед. — Перед тем светловолосым красавчиком, что отвозил вас вчера домой?
На миг земля ушла из под ног девушки, она даже дыхание затаила, так испугалась слов начальника. Он следил за ней и знает про Минара! Однако уже в следующую секунду
Кейра вспомнила сегодняшнее утро и, улыбнувшись, надменно ответила:
— Он последний, кто заслуживает доверия или моих оправданий.
Борг больше не задерживал свою собеседницу. Мужчину поразило спокойствие, с которым юная барышня ответила на его вопрос, а ведь он рассчитывал поймать шпионку врасплох. Напомнив себе, что уже к вечеру его доверенное лицо прибудет в столицу из
Эстриджа с докладом об этой девице, Борг кивнул своим мыслям и последовал за Кейрой.
К вечеру на улице значительно похолодало: погода сильно испортилась, что было совершенно не свойственно этому сезону. То и дело на прохожих налетал порывистый ветер, и, словно забияка, срывал с них шляпки, подталкивал вперёд, вырывал мелкие вещи из рук.
Кейра смотрела в окно и ёжилась: ей было холодно.