От каждого движения член подрагивал и качался, возвышаясь из поросли густых волос.
Олеся покачала головой и попыталась отползти. Но он ловко ухватил ее за лодыжку и притянул к себе.
Олеся попробовала сопротивляться, но Габор усадил ее к на колени, лицом к себе, широко разведя бедра.
— Я одного не пойму: я настолько хуже твоего мужа, что ты не можешь мне довериться?
Олеся широко раскрыла глаза:
— Почему ты все время о нем спрашиваешь?
Олеся недоуменно повела плечами:
— Что сделал он, чтобы заслужить твое доверие настолько, что ты перешла в его род?
Олеся нахмурилась, вцепилась в его сильные плечи, не в силах не прикасаться.
— Перешла в его род?
— Да. Вышла за него замуж. Почему ты сомневаешься в моей способности тебя защитить?
Олеся покачала головой, прячась за завесой волос.
— Я сомневаюсь не в этом.
Габор резко дернул ее на себя. Олеся тихонько ахнула, когда впечаталась все еще влажной промежностью в его твердый раскаленный член.
— В том, что… — Голос предательски срывался. — В том, что нужна тебе.
Его глаза сверкнули гневным пламенем. Черты лица заострились, а губы сжались в суровую тонкую полосу.
Олеся решила быть откровенной до конца:
— В любом из миров любовница — женщина лишь на пару дней. Время проходит. И она становится не нужна. Ее всегда можно заменить, когда она наскучит или начнет хотеть слишком многого.
Голос Габора звучал хрипло и угрожающе:
— А когда многого начинает хотеть мужчина?
— Что ты имеешь ввиду?
— Я имею твое тело. Но хочу иметь душу.
Он прижал ладонь к ее груди. Там, где билось сердце.
Дыхание перехватило. От его слов, от прикосновения. От взгляда, в котором бушевал темный ураган.
— Зачем тебе моя душа?
Габор обхватил ее ладонь и прижал к колом стоящему члену. Обхватив поверх своей рукой, вдавил ее пальцы в свою горячую плоть, заставляя крепко сжать кулак. Одним движением направил в ее тело.
Олеся застонала и приподнялась, чувствуя, как широкая набухшая головка растягивает узкий вход.
Шея Габора напряглась, вздулись и выступили вены. На лице отразилось выражение муки.
— Твоя душа в обмен на мою, которую ты забрала без спроса.
Габор жестко толкнулся в ее тело, растягивая под себя и заполняя так, что не осталось и миллиметра пространства между ними.
Олеся пыталась приспособиться к его размеру, привыкнуть, подстроиться. Но не смотря на прошлый раз, все было как впервые.
Она с трудом дышала. Мышцы влагалища сокращались и пульсировала в одном ритме с биением сердца.
Габор ухватился за ее бедра и одним махом натянул ее на себя. Олеся застонала. Так мучительно сладко. Обжигающе горячо.
Она обхватывала его, ощущая отчетливо и явно. Намного более ярко, чем любая эмоция, чем что-либо еще.