Автор
В мире, где мужчины не тратят время на глупости, парень стал настоящим хитом. В тридцать три — тридцать пять лет — идеальный возраст для того, чтобы быть какими-то другими, но он остался собой: широкоплечим и узкобедрым, уверенным в себе и привлекательным.
Похоже, «Потанцуй со мною, месяц» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Даже моя мама тебя вечно мне в пример ставила! Ты и в университет за мной потащилась и стала лучшей на курсе, опять обогнав меня! Ненавижу, — голос Лики совсем упал, и из глаз закапали слезы.
Я было дернулась к ней, но она резким движением смахнула слезы и процедила сквозь зубы:
— Не подходи ко мне.
Подышала, успокаиваясь, и продолжила:
— Ты всегда все портила. И Пашу у меня отобрала, хотя прекрасно видела, как он мне нравится. И теперь, когда у нас с ним все, наконец, получилось, ты забеременела. Пять лет не беременела, а тут вдруг… Что, невинная овечка Даша, скажешь, что это совершенно случайно вышло? — выкрикнула Лика истерично.
Я приклеилась к стулу и тряслась, как в ознобе, слушая откровения той, кого долгие годы считала близким человеком.
— Лика, так ты здесь из-за Паши? — я с трудом протолкнула вопрос сквозь комок в горле. — Вы были любовниками? Он тебе что-то обещал и не исполнил? Обещал жениться?
Лика долго молчала, так что я уже думала, не услышу ответа. Потом отвернулась и устало проговорила:
— Ладно уж, что теперь-то скрывать.
Наверное, если бы Лика не сказала этих слов про мою вину, которой нет и никогда не было, я бы просто ушла и все. Ушла, чтобы никогда не возвращаться. Мне было бы этого достаточно. Месть — это не мое.
Но после Ликиных слов новая я неспешно встала и проговорила, четко произнося слова:
— Я не беременна, и никогда не была. Паша тебе соврал, бывшая подруга. Мало того, он развелся со мной как раз в то время, когда ты сделала аборт.
Бледное лицо резко повернулось, и в меня впились вспыхнувшие лютой ненавистью глаза:
— Врешь!
Я равнодушно пожала плечами:
— Зачем мне? Твой прекрасный Паша обманул тебя, Лика. Можешь жить с этим дальше.
Выйдя на улицу, где дождь почти прекратился, и робкое солнце пыталось разогнать остатки туч, я неожиданно для самой себя облегченно рассмеялась.
"Я только что разобралась с тяжелым грузом сомнений относительно Паши и Лики, которые так старательно подавляла и отбрасывала очень долгое время. Мне было невозможно поверить, что люди, которых считала родными, могут подло обманывать. Поэтому предпочитала обманывать и обвинять саму себя.
Зато теперь я точно знаю, что все это время не страдала паранойей.
