— А с глазами что сделаешь? Очки солнечные наденешь? — вроде как шутит в ответ, даже улыбку на губах не скрывает.
Только юмор жестокий и обидный. Для меня.
Неужели не понимает?
Задаюсь в очередной раз вопросом и хмурюсь.
Скорее всего, так и есть.
Но ничего, потерплю. Ему сложнее чем мне. Все заботы и управление стаей на нем одном.
Нахожу вполне логичное объяснение.
— Я линзы поставлю, а глаза в пол опущу. Никто и не взглянет на путающуюся под ногами прислугу. Вспомни. Ты и сам их никогда не различаешь, — дотрагиваюсь до мужчины, надеясь его задобрить.
— Мия, я устал от твоих глупых капризов, — сбивает мою руку с плеча жених.
Не больно физически. Но морально очень ощутимо. Будто от надоедливой мухи отмахивается.
Нет. Так нельзя.
Сжимаю кулачки и решаю хоть раз в жизни настоять на своем.
— Я пока еще дочка альфы, — дрожа внутри, стараюсь произнести фразу жестко и твердо. — И не стоит забывать об этом. Хотя бы до предания тела вожака земле.
— Вот потому, что Брис всю жизнь защищал и прятал тебя, Мия, я и надеюсь на твою благоразумность.
Очень прошу: не создавай проблем, сиди тихо и не высовывайся. Неужели все старания твоего отца были напрасны? Вспомни, почему он погиб, — бьет словами Винс.
Больно.
Жестко.
Наотмашь.
До слез на глазах.
Ну еще бы я забыла…
Нет, никогда. Моё отражение в зеркале этого не позволит сделать.
Даже подходить к нему не надо, чтобы описать себя. Все изученные до мелочей особенности и недостатки я помню наизусть.
Нет, если брать в целом, то вполне здоровая девушка двадцати одного года.
Невысокая, худенькая, тонкокостная.
Только вот седая. Не отдельными прядями, а целиком и полностью. Даже волчица моя, всегда прячущаяся внутри и практически не показывающая носа, не бурая, как все волки нашей стаи, а серебристая.
И глаза… Мои глаза тоже седые. Ни серые, ни карие, ни желтые, ни голубые, как были у отца и мамы, а белые. Никакие. И жуткие.
Конечно же я помню, почему погиб отец. Он погиб, потому что, мстил за свою семью.
Жену, сына, дочь. За родных, попавших в западню по его недосмотру.
Восемнадцать лет он искал того гада, кто поджег наш дом, в котором заживо сгорели мама и братишка. А я выжила.
Почему?
Не знает никто. Но с того страшного дня трехлетняя девочка превратилась в блеклую моль. А волчица внутри нее почти умерла. Даже запах оборотня пропал, как и все сверхспособности нашей могучей расы.
Практически человек, а не двуликая. Но… омега.
