В Повелевающей огнем мир солнечный летний день внезапно разворачивается в мрачные воды приближающегося шторма. Тайны городского прогнозиста погружены во мрак предчувствий, пока непривычное безоблачье над Санкт-Эринбургом не внезапно оборачивается кромешной ночью урагана....
– Черт! – крикнул он, потирая лоб. – Больше без шлема к этой бестии близко не подойду!
– Шлем? – смеясь, проговорил Никита. – Шлем! – вдруг вспомнил он. – Мы же совершенно забыли о скейтборде!
– Точно! Ты обещал преподать мне парочку уроков! – сказал Артем. – А воз и ныне там!
Он выбрался из грядки; на его лбу уже раздувалась впечатляющих размеров шишка.
Глафира громко что-то проблеяла и унеслась прочь. Никита сходил в дом за скейтом и шлемом, и ребята вышли со двора, осматриваясь в поисках подходящего места для катания.
Проблема заключалась в том, что в Ягужино не было ровных поверхностей для катания. Селение стояло на холмах, и все его дороги представляли собой сплошные подъемы да спуски. Асфальт в деревне не клали уже много лет, уцелевшие тротуары были все в ухабах и рытвинах. Единственным более-менее плоским и ровным местом был скверик перед церковью, стоящей на холме, – любимое место сбора местных старушек. Отсюда вся деревня была видна как на ладони. Старушки, восседавшие на скамейках, видели всех и вся, поэтому темы для разговоров у них не иссякали.
Никита привел Артема к церкви и нахлобучил ему на голову свой шлем.
– Ну как, мне идет? – спросил Артем.
– О да! По крайней мере, шишку на лбу не видно! Бабушки уставились на них во все глаза, в момент позабыв о болтовне.
– Чавой-то панки городские затеяли опять?! – прошамкала одна.
– Мы не панки! – бросил им Артем.
– Значит, стало быть, гопники! Старушки дружно перекрестились.
– Вставай одной ногой на доску! – не обращая на них внимания, велел Никита.
– А дальше? – поинтересовался Артем.
– Просто держи равновесие. Как только научишься этому, мы продолжим.
Артем послушно взгромоздился на скейт. Из-за тяжелого шлема его клонило куда-то в сторону. Парень горестно вздохнул и оттолкнулся от бордюра. Скейтборд проехал чуть больше метра и остановился.
– Ну как? – глухо спросил Артем. – Я хорош?"
"– Нормально, – одобрил Никита. – Попробуй повторить. Артем оттолкнулся от дороги сильнее.
– Уа-а-а!!! – голосил Артем, неуклюже виляя из стороны в сторону.
– Ай-ай-ай!!! – вторил ему хор старушек. Тут Никита опомнился и опрометью кинулся вдогонку.
– Держись! – завопил он.
– За что?!
– Правь к обочине!
– Ка-а-ак?! – крикнул быстро удаляющийся Артем.
