В Авен-кра полковник Аскессу заряжает уверенность в себе и мощь. Здесь он ощущает себя истинным повелителем, независимо от реальной власти. Теперь его цель — уничтожить генерала Керсуса, а каждая победа приближает его к этому моменту.
Похоже, «Повелитель драконов III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это было последнее, что он увидел.
* * *Цитадель
— Вернулся! — бросилась Соня на шею Броневому, когда он приземлился в стенах Цитадели, а его со всех сторон окружили погонщики и одаренные.
Среди них были Ратибор, Свят и все командование Цитаделью.
— Вы победили, — хмуро посмотрел на Броневого владыка.
— Да, — удовлетворительно кивнул тот. Он был уставшим, но отчего-то довольным. — Вот теперь все. Это вам.
Броневой снял с седла невероятных размеров голову гриммера и вручил ее владыке.
— На память, — сказал он.
— Шутите, — покачал головой Мирослав Харитонович. — А мне вот не до смеха. Я стою на перепутье — называть вас клятвопреступником или нет.
В глазах Сони тут же мелькнул страх. Она испуганно переводила взгляд с владыки на Лариона и обратно. Да и толпа такого поворота не ожидала. Послышалось недовольное перешептывание.
"— Называйте, как хотите, — уже горько усмехнулся Броневой. — Свою цель я выполнил. Миру, и этому и другим, больше ничего не угрожает. Я могу со спокойной совестью отправиться на покой. А вот как будет зудеть ваша, мне уже все равно.
— Сколько драконов осталось? — спросил генерал Кольцов.
— Сорок два, — уверенно кивнул Броневой. — Этого более чем достаточно чтобы восстановить их популяцию. Хоть и не быстро. Но все же. И я их всех отпускаю. Они теперь мне не принадлежат.
— Но вы же говорили, — расширил глаза генерал Кольцов.
— Это был блеф, — спокойно ответил Броневой. — Не пригрози я вам, что отберу их у вас, вы бы мне не поверили. Как, впрочем, можете не верить и сейчас. Это уже не мое дело.
— Как отпустили драконов, так можете и снова их приручить, — подал голос Евгений Георгиевич.
— А зачем мне это? Я их не прокормлю. Да и угрозы больше нет. А планов по захвату мира я не имею. Мне бы отпуск до конца жизни.
— Вот это нас больше всего и пугает, — сказал Мирослав Харитонович. — Вы опасны, Ларион. Но при этом, сослужили огромную службу человечеству. Мы долго совещались на этот счет, но принимать решение все равно мне. Такова моя судьба, как вы выражаетесь.
— Что ж я не могу ничего с этим поделать.
— Совесть не позволяет мне назвать вас человеком, который нарушил клятву, — угрюмо произнес Мирослав Харитонович. Видно было, что слова даются ему с трудом.
