В Авен-кра полковник Аскессу заряжает уверенность в себе и мощь. Здесь он ощущает себя истинным повелителем, независимо от реальной власти. Теперь его цель — уничтожить генерала Керсуса, а каждая победа приближает его к этому моменту.
Похоже, «Повелитель драконов III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Любой другой не способен меня с ног свалить, — он в очередной раз вытер нос тыльной стороной ладони и посмотрел на нее. — Весь изгваздался, — посетовал он. — Сто раз ведь зарекался не связываться с такими как ты. Нет все время вляпываюсь. Ну и че ты теперь? Бежать будешь?
— Меня еще никто не приговорил, чтобы на казнь идти, — покачал головой я. — Вставай, — протянул я ему руку, связанную в кандалы. — Пойдем в ентот твой суд, — передразнил я его.
Он кровавой ладонью ухватился за мою и с кряхтением поднялся.
Всю дорогу надсмотрщик причитал о своей нелегкой судьбе. Странно, потому что все предыдущие разы он был нем как рыба, и о ни о чем таком не рассказывал. Похоже накопилось или нашел свободные уши. А может и оба эти фактора совпали, так что он отрывался на полную.
Я его почти не слушал. Все мои мысли были заняты судом. Понятно, что мои доводы никто не примет. Странно, что больше не было допросов. Я-то приготовился к долгим разговорам с Айдаром, было бы совершенно не лишним еще раз поесть.
Покормили, допросили и сразу суд. Похоже они очень торопятся, чтобы его провести. Хотят поскорее со мной разобраться? Или у них в принципе так заведено?
Наверно второе. Потому что в военное время некогда заниматься подобным. Учитывая сложившуюся обстановку, они только тратят свое время и ценные ресурсы на разбирательства.
С другой стороны, инквизиция — это машина, которая запущена и ее не остановить. Она нужна для устрашения и дисциплины.
Но и разбирательство на суде могло бы затянуться. Хоть в этом мире я на них и не был, зато частенько практиковал в своем. Там непримиримые разногласия могли тянуться годами.
Опять же, когда настало военное время, у меня не было ни суда, ни следствия. Я сам выносил приговор и зачастую сам же его исполнял. Мне не трудно, а другим страшно.
Когда мы вошли в зал заседаний, он был практически пуст.
Она возвышалась над остальным залом, так что сидящие на своих местах, смотрели на меня сверху внизу. Это было довольно унизительно. Видимо так они пытались показать свое превосходство. Насколько выше они находятся, чем все остальные.
Пока я шел к этим трибунам, у меня мелькнула мысль, что как-то слишком часто меня хотят судить за такой короткий промежуток времени.
