Автор
В потемневшем свете жуткого заката, сердце колотится в груди. Осторожный шепот оттесняет страх: может ли это быть правда? Неужели теперь дверь камеры распахнется? Угрызения надежды и нереализованных ожиданий взмывают в замирающем сердце, создавая предвкушение ужаса.
Обвинять секретаря в воровстве не хотелось, а остальное, что пришло в голову, – отсутствие почитания старших и прелюбодеяние, – не имело отношения к городской страже.
– Что ж, если вы затрудняетесь ответить… – Инквизитор подошел ближе.
– Он плохо отзывался о регенте герцога, – выпалил Дайон. – Это – политическое преступление!
– Правители есть помазанники Божьи на земле! – Инквизитор сурово взглянул на опешившего Мэтью. – Бранить их – значит подвергать сомнению выбор Господа нашего. Мы разберемся.
Он схватил секретаря за край рясы и потянул к зданию.
"– К сожалению, у нас приказ доставить парня к начальнику. – Анри поспешил на помощь Дайону и схватил Мэтью за второй рукав. – Боюсь, он будет недоволен, если мы вернемся ни с чем.
– Ваш командир может обратиться с запросом к нам, – не собирался сдаваться инквизитор. – Мы сурово покараем ослушника.
– Да, но высказывания прозвучали публично, – напирал Анри. – Следовательно, наказание тоже должно быть публичным. Иначе все решат, что преступник избежал кары.
– Он будет наказан по всей строгости нашего закона.
– Но не закона Левансии!
Дайон, все еще придерживающий Мэтью за шиворот, с интересом прислушивался к столь содержательной беседе. Сам секретарь предпочитал молчать, опасаясь выдать себя.
– Инквизиция находится вне государства и не подчиняется герцогу, – назидательно произнес святой отец. – Удерживая нашего послушника, вы сами совершаете преступление.
Он еще сильнее потянул за рукав.
– Преступление совершаете вы, покрывая преступника.
С минуту они, зло сопя, перетягивали рясу, пока треск не возвестил, что ткань не выдержала. Оба пошатнулись. Мэтью схватил Анри за руку, помогая удержаться на ногах. Инквизитор упал на мостовую.
– Это что, сговор?
Глаза его сузились. Он выставил руку вперед. Дайон увидел, как на пальцах служителя церкви задрожали искры магии. Герцог похолодел, слишком поздно поняв, почему инквизитор так спокойно выступал против двух вооруженных мужчин.
– Берегись! – отшвырнув Мэтью, он прыгнул вперед, заслоняя собой приятелей.
Шар прошел через его тело, не причинив вреда. Одаренный, владеющий магией уничтожения, может использовать ее, чтобы ранить или убить любого, но только не другого Одаренного.
