Автор
В потемневшем свете жуткого заката, сердце колотится в груди. Осторожный шепот оттесняет страх: может ли это быть правда? Неужели теперь дверь камеры распахнется? Угрызения надежды и нереализованных ожиданий взмывают в замирающем сердце, создавая предвкушение ужаса.
Вест не удостоил его ответом, если только не считать снисходительный взгляд, но в данном случае герцога это не оскорбило. Виола, оправившись от первого потрясения, попыталась кинуться навстречу своим освободителям, но Жаккар крепко схватил ее за плечи, ставя между собой и Вестом, которого посчитал наиболее опасным.
– Кто вы такие? Где стража? – вскричал он.
– Стражи уже нет, – флегматично сообщил Вест.
– А что касается вашего первого вопроса, – подхватил Дайон, – то мы – свидетели.
– Свидетели чего? – недоуменно вопросил шериф.
– Церемонии бракосочетания, – ответил герцог, как будто удивленный, что столь очевидные вещи нуждаются в объяснении. – У вас же здесь свадьба, не так ли? А гостей нет. Вот мы и пришли. Я буду свидетелем со стороны невесты, а он – со стороны жениха.
– Почему это я – со стороны жениха? – возмутился Вест. – Я ему не приятель.
– Ты хоть что-то о нем знаешь, – рассудительно заметил герцог. – А я впервые услышал о его существовании всего пару дней назад.
– Кто вы, черт побери, такой? – процедил сквозь зубы шериф.
– А что конкретно вы хотели бы знать? – поинтересовался Дайон. – Мое имя?
– Имя проходимца, незаконно забравшегося в мой дом? Это последнее, что меня интересует.
– И совершенно напрасно. – Дайон скупо улыбнулся уголками губ. – Вам это могло бы быть любопытно. Впрочем, куда большее значение имеет ваше имя, точнее, тот факт, что я не слышал его до самого недавнего времени.
– И только теперь сообразили, что связались со слишком опасным противником?
Герцог усмехнулся.
– Вы не поняли. То, что я не знал вашего имени, плохо не для меня, а для вас. Это означает, что вам осталось жить совсем недолго.
Дайон был предельно искренен. Он знал, как звали человека, служившего шерифом левансийской столицы на момент окончания Смуты. Именно ему тогда еще совсем юный герцог подписал один из первых смертных приговоров. И поскольку это был не Ламбер Жаккар, логично предположить, что нынешний шериф до окончания борьбы за власть не доживет.
– Вы несете чепуху, – поморщился шериф, все еще уверенный в своей непобедимости.
Вест тоже взирал на Дайона скептически, кажется, даже с сочувствием, какое люди испытывают порой по отношению к юродивым. А вот Виола с интересом переводила взгляд с одного говорившего на другого.
