- Потому что Адам очень переживает, что навсегда потерял свои... гм... мужские качества.
- Это решится само собой, - улыбнулась Ольга. - Там у него всё в порядке. А чтобы не зацикливался на личном, нагружайте парня физическими упражнениями или другой работой ...А чем он вообще по жизни занимался?
- Вот этим, - кивнул на картины Браунис. - Адам - художник.
- И художник гениальный! - воскликнула красавица, поднявшись с дивана. - Я сразу обратила внимание на эти изумительные картины, просто некогда было о них спрашивать. Значит, Адаму есть чем теперь заняться, ведь рисовать можно и сидя.
- Всё это время сын отказывался взять в руки даже карандаш. Говорил, что жизнь потеряла смысл.
- Как только он вновь ощутит ноги, а болеть они будут сильно ...пусть начинает рисовать.
- Думаешь, захочет?
- А вы скажите, что боль тоже можно выплеснуть на бумаге, нужно лишь постараться её изобразить. А как только закончит рисовать, боль затихнет и уйдёт. Считайте это пророчеством.
Пока мужчины переваривали слова, сказанные девушкой, она молча допила вино и стала прощаться.
- Время уже позднее, а у меня на завтра наполеоновские планы.
- Позволь поинтересоваться, какие? - Георг направился за девушкой в холл, чтобы помочь одеться.
- Я буду готовиться к балу в университете.
- Действительно, совсем забыл... - Браунис подал Ольге куртку. - Я тоже приглашен, ведь являюсь одним из меценатов университета, следовательно, мы обязательно там встретимся. Если хочешь, буду тебя сопровождать.
- Ой, - сникла девушка.
- У тебя уже есть спутник, - хмыкнул Георг. - Кто бы сомневался? Но, по крайней мере, я могу надеяться хотя бы на танец?
- Ты не понял мое "ой", - засмеялась Ольга. - Просто папа жаждет похвастаться дочерью перед коллегами и я не хотела бы портить ему удовольствие... по крайней мере с час. Пусть погордится мной без конкуренции, ладно? Зато потом, когда ажиотаж спадет, пожалуйста, можем танцевать сколько угодно.
- Вот и хорошо, господину Георгу давно пора развлечься, - Юсуп Алиевич вышел провести гостю на крыльцо. Он вежливо пожал девушке руку и пообещал звонить, как только у Адама начнутся изменения.
По дороге домой Ольга решила обсудить с Бароном один щекотливый вопрос.
- Скажи, твой сын крещеный?
- Нет! - удивился Браунис. - Я не мог... в моем положении.
- Но сейчас оно изменилось, - заметила девушка. - Я настоятельно советую решить этот вопрос, потому что тогда бы лечение Адама проходило гораздо эффективнее. А еще стоит окрестить дом, не обязательно весь, а то еще твоя "черная" охрана разбежится, а вот комнату парня окрестить обязательно. Подумай над этим, ладно?
- Хорошо, - кивнул Георг.