Его слова пробудили во мне удивительно тёплые ощущения, несмотря на то, что мне приходилось зависеть от его протекции. Я вспомнила о том, что забыла сказать ему о Беконе, когда мы уже переступили порог квартиры, и такса, гавкая, бросилась прямо на Блейна.
– Как ты здесь оказался? – спросила я взбудораженную собаку. Я была уверена, что утром закрыла его в спальной. Тем не менее, теперь дверь в комнату была открыта настежь.
– Что у тебя делает собака Алиши? – спросил Блейн, пройдя в гостиную.
– Ей пришлось уехать из города на несколько дней, – объяснила я со вздохом. Склонившись к собаке, я погладила её, и Бекон тут же успокоился.
В этот момент в комнате появился Тигр и начал демонстративно тереться о мои ноги. Я уже мысленно приготовилась к тому, что мне придётся справляться с двумя конфликтующими животными, но, оказалось, они уже успели найти общий язык. Тигр слегка подтолкнул Бекона мордой, а потом убежал, а такса послушно последовала за ним. Да уж.
– Я пойду куплю что-нибудь на ужин, – произнёс Блейн, когда я выпрямилась. Комната немного пошатнулась перед моими глазами, и я ухватилась за край стола, чтобы устоять.
– Что с тобой? – нахмурился Блейн, приподняв мой подбородок, чтобы посмотреть мне в лицо. – Всё нормально?
– Всё хорошо, – кивнула я. – Просто поднялась слишком быстро.
– Тебе нужно прилечь, – произнёс Блейн, обхватив меня за талию и направив в спальную.
– Мне нужно выгулять собаку, – запротестовала я.
– Это сделаю я. Просто отдохни, хорошо?
Я действительно чувствовала себя уставшей, поэтому не стала с ним спорить. В висках всё ещё пульсировала боль, и прошлая бессонная ночь вовсю давала о себе знать. Рядом с Блейном я чувствовала себя спокойнее, ощущала себя в безопасности, поэтому позволила ему уложить себя в постель под одеяло.
– Я скоро вернусь, – мягко пообещал он, коснувшись поцелуем моего лба.
Я устало улыбнулась:
– Тебе придётся сказать Бекону: «гуляй, малыш, гуляй!», или он не будет знать, что делать.
Блейн просто посмотрел на меня:
– Я не стану этого говорить.
– Но тогда он испортит мою постель, – запротестовала я.
– Может, я просто ткну в него револьвером? – вскинул бровь Блейн.
Я рассмеялась, посильнее укутываясь в одеяло, и когда Блейн вышел из спальной, Бекон последовал за ним, счастливо вывалив язык на бок.
Когда я проснулась, было почти девять. Головная боль к счастью прошла, и я чувствовала, что ужасно проголодалась.