Маркиз прищурился:
– С чем?
Под жестким взглядом веселость Ника несколько сникла.
– Как же, милорд, с обручением c-с леди… – Он запнулся, и побагровел.
Лорд Монтегю приподнял брови:
– Вы меня поздравляете, Ник? Вам следовало бы принести соболезнования.
– Я думал… – начал было Ник, но Мереуин холодно перебила:
– Боюсь, вы заблуждаетесь, сэр. Мы с лордом Монтегю не намерены вступать в брак.
Сбитый с толку Ник смотрел как она не обращая внимания на протянутую руку маркиза, взлетела на спину высокой серой кобылы, которую для нее вывели, расправила плечи, усаживаясь в седле, и умело намотала на руку в перчатке лоснящиеся кожаные поводья.
– Да, я бы сказал, хлопот у вас полон рот, милорд, – заметил Ник, успокаивая разыгравшегося жеребца, чтобы маркиз, мог сесть в седло. – Но говорят, трудности всегда сулят счастливые браки. Закаляют сердца.
– С каких это пор, Ник, вы стали знатоком в подобных делах? – спокойно поинтересовался маркиз, предостерегающе поблескивая глазами. – Вам почти пятьдесят а вы до сих пор не женаты.
– Верно, милорд, – неохотно признал Ник, не желая вступать с хозяином в спор, поскольку неизменно при этом проигрывал. Он лишь задумчиво провожал глазами всадника на черном жеребце, который шел бок о бок с высокой, стройной кобылой, нервно грызя удила, потом вдруг рванулся вперед, но лорд Монтегю без труда осадил его.
На редкость подходящая парочка, решил Ник, имея в виду не только великолепных животных, но и всадников. Он уж давненько гадал, отыщется ли когда-нибудь женщина, которая согласится терпеть его светлость. У маркиза, конечно, было полным-полно женщин, но ни у одной, по мнению Ника Холдера, не хватало духу обращаться с ним соответствующим образом. А эта красивая крошка-блондинка с железным характером конюху приглянулась, и он, отмечая про себя как ловко она держится в седле, мчась легкой рысью впереди маркиза вниз к парку, думал, не нашел ли наконец хозяин свою судьбу.
Гайд-парк раскинулся перед ними во всем своем летнем великолепии, поражая пышными кронами старых деревьев, прекрасно ухоженными дорожками и идеально подстриженными лужайками. В ранний утренний час, когда солнце лишь начинало пробиваться сквозь легкий туман, парк был почти пуст, и Мереуин с трудом верилось, что посреди шумного города существует этот дивный безлюдный оазис."
"– По-моему, Мадригал застоялся, – бросил Иен, наклоняясь к выгнутой шее коня, жаждущего рвануться вперед и как следует пробежаться. – Не боитесь пуститься в галоп?
– Боюсь? – выпалила Мереуин. – Я? – Уголки его губ дрогнули в улыбке.
– С моей стороны глупо спрашивать, – согласился Иен, отпустил поводья и больше не сдерживал жеребца.
Кобыла тоже не стала мешкать и полетела вдогонку.