– Скажи лучше, ему очень хочется, чтобы ты получил титул, – проницательно уточнил. Освальд и рассмеялся при виде вспыхнувшего на худом лице приятеля румянца. – Признайся, Уилл, ты ведь всю жизнь переживаешь, что с такими деньгами никак не добьешься приличного места в обществе?
– Я способен купить любое место, какое захочу.
Уильям всеми силами старался не выдать закипавшую в нем ярость. Он всегда ненавидел Освальда Трэнтама, брата своей матери, отвратительного жирного борова, к счастью, редко приезжавшего в Глазго. Разумеется, следовало ожидать, что Освальд почтит его визитом в Лондоне, но Уильям, честно сказать, надеялся на несколько дней отсрочки."
"Освальд был богатым банкиром, женатым на единственной дочери лорда Артура Пемброка, женщине с лошадиным лицом, томной и такой же жирной, как ее супруг. Уильяма неизменно забавляло, с каким нетерпением дядя ждет кончины лорда Пемброка, чтобы унаследовать скромный титул, обещанный стариком лет двадцать назад при условии, что Освальд женится на его дочери Дороти. Сейчас Освальду сорок три, а лорду Пемброку семьдесят девять, и, по слухам, он до сих пор здоров как бык, хотя сам Уильям никогда его не видал.
– Как вы узнали, что я здесь? – спросил Уильям, что бы поддержать разговор, считая, что должен оказать дяде уважение.
– Какая-то из приятельниц Дороти прослышала, что вчера вечером тебя представили леди Хамфрис. Знаешь ведь этих женщин! Им известны имена всех твоих домочадцев и дальних родственников, даже чертовой кошки, если она у тебя имеется. – Освальд звучно икнул, налил себе еще бренди, а Уильям нахмурился, глядя, как уменьшается содержимое хрустального графина. – И нас приглашали, да у меня разыгралась подагра. Слава Богу, сегодня получше.
– Рад слышать, – буркнул Уильям.
Маленькие глазки Освальда сверкнули.
– Ха! Нисколько не сомневаюсь, мой мальчик! Отлично знаю, будь я проклят, мы с тобой по-прежнему любим друг друга! Как тебе удалось получить приглашение на прием к Кэролайн?
– Меня знают в городе, – хвастливо заявил Уильям. – Однако же я удивлен, что приятельница Дороти не сочла возможным познакомиться со мной. – Он снова нахмурился, с неудовольствием подумав, что кто-то побежал докладывать тетке о его приезде.
Освальд пожал плечами и полез в карман за табакеркой.
– Женщины любят вынюхивать всякие сплетни и болтать об этом без передышки, тебе уже надо бы знать это, парень. Ну, расскажи, приглядел ты кобылку, достойную твоей конюшни?
– Нет, – коротко бросил Уильям.
– Приятельница Дороти сболтнула, будто ты уехал с леди Элизабет Камерфорд. – Пухлое лицо Освальда выразило неодобрение, – Подобная неразборчивость, Уильям, может сильно тебе навредить.