Автор
Мереуин Макэйлис, с ее золотистыми локонами и щечкой украшенной страусиным пером, стремительно преодолевает холодные ветра весны. Животное галопирует по улицам с горы к морю, подчиняясь лишь легкому прикосновению арапника. Тишина прорезывается лишь резкими порывами ветра, донесшимися издалека от морской бухты....
Как ни приятна была та ночь с Элизабет, теперь он сомневался, стоило ли ради этого рисковать репутацией в обществе, тем более что леди Камерфорд не интересует никто, кроме маркиза Монтегю. Неужели она не знает о назначенной на конец этой недели свадьбе маркиза?
– Ну, какие новости, мой мальчик? – спросил Освальд, возвращая Уильяма к действительности.
– Я виделся с капитаном Франклином на «Галифаксе», – сообщил Уильям, усевшись в обитое полосатым шелком кресло напротив дяди. – И он рассказал интереснейшие новости.
– Из Глазго? – вмешалась тетя Дороти, про которую Уильям уже успел забыть и поэтому даже вздрогнул от звука ее низкого голоса.
– Да. Похоже, семейство Макэйлисов столкнулось с серьезным несчастьем.
И Освальд, и Дороти подались вперед в жадном предвкушении скандальных подробностей. Уильям не стал терять времени и удовлетворил их любопытство:
– По словам Франклина, малышку Макэйлис недавно похитили, посадили на корабль и отправили в колонии как работницу по контракту.
Освальд с женой обменялись удивленными взглядами.
– Ты уверен? – спросил Освальд, попытавшись повернуться в кресле, и болезненная, гримаса исказила его лицо.
Уильям пожал худыми плечами:
– Я поверил Франклину на слово, а его не назовешь фантазером. Люди, похитившие ее, уже арестованы. Похоже, они превратили подобные фокусы в доходное дело.
– Могу лишь пожалеть, бедных Макэйлисов, – задумчиво вставила Дороти. – Освальд рассказывал, будто они недавно заполучили в партнеры Иена Вильерса, а он, безусловно, не из самых сговорчивых, и иметь с ним дело не так-то легко.
– Вильерс, по крайней мере, не станет им досаждать в это трудное время, – добавил, поворачиваясь к племяннику, Освальд. – Мы вчера слышали, будто он собрался жениться на какой-то молодой женщине здесь, в Лондоне. Тебе известно об этом?
Уильям кивнул:
– Упоминала одна моя… э-э-э… знакомая.
В дверях возник лакей, низко кланяясь Дороти.
– Прошу прощения, мадам.
– Так скоро? – удивленно спросила она и улыбнулась мужу. – Пойдем, Освальд? Ты в состоянии дойти до столовой? Я велю Симпсону принести трость.
– Много шуму: из ничего, – проворчал Освальд, однако же, ступив на больную ногу, сморщился и рухнул в кресло с побагровевшей круглой физиономией. – Дай трость, – раздраженно бросил он Дороти, которая кинулась на помощь.
– Позвольте мне вам помочь, дядя, – вызвался Уильям и протянул руку.
