Автор
Мереуин Макэйлис, с ее золотистыми локонами и щечкой украшенной страусиным пером, стремительно преодолевает холодные ветра весны. Животное галопирует по улицам с горы к морю, подчиняясь лишь легкому прикосновению арапника. Тишина прорезывается лишь резкими порывами ветра, донесшимися издалека от морской бухты....
Да, надо будет попросить Иена почаще ее сюда привозить, решила Мереуин, особенно в период, суровых шотландских зим, к тому же, она сможет навещать Алисию, но Кернлах в ее сердце всегда будет на первом месте.
Теперь, правда, придется жить в Монтегю, напомнила она себе, останавливаясь, чтобы понюхать цветок жимолости, пышно разросшейся на ограде сада. Эта мысль не вызвала у нее ни боли, ни негодования лишь слегка взволновала. Она с удивлением подумала, что довольно быстро свыклась с фактом своей принадлежности к семейству Вильерсов, и, хотя ей никогда не победить в себе ненависти к дяде Иена, ее жизнь теперь будут определять вещи поважнее слепой клановой, гордыни и феодальных распрей.
– Наверное я повзрослела, – сказала она вслух, чистосердечно удивляясь серьезности своих размышлений.
– Эй, ваша милость!
Мереуин резко оглянулась, испуганная неожиданным шепотом, и отступила на шаг, увидев, как из-за густой живой изгороди вылез, на дорожку молодой человек в грубой домотканой одежде. Он был не намного старше нее, но тяжелый труд уже сгорбил его плечи, лицо опалило солнце, густая шапка нечесаных волос выгорела до такого же цвета, как ее светлые золотые кудри.
– Кто вы? Что вам нужно? – Мереуин старалась держаться, как подобает хозяйке поместья, хотя необъяснимая тревога сжала ей сердце. Этот человек не работает в поместье. Тогда что он здесь делает?
Юноша стоял на почтительном расстоянии, склонив лохматую голову.
– Прошу прощения, вы леди Монтегю?
– Да, – нерешительно сказала Мереуин, разглядывая юношу и постепенно успокаиваясь, – Вы хотите поговорить со мной или с моим мужем? Он…
– Нет, нет, миледи! – Карие глаза испуганно округлились.
– В таком случае зачем вы здесь? – вновь насторожилась Мереуин.
Он сунул руку за пазуху, вытащил сложенный листок бумаги и протянул ей.
– Велели отдать вам и никому другому.
– Кто велел? – спросила Мереуин, не сделав попытки взять записку.
