Автор
В яркими и чистыми сумерками, особенно по ночам, когда светили фонари, молодой человек стоял у окна своей спальни, наблюдая за красивыми каретами, мимо которых проезжали. Иногда он оставался в тихом ужасе, прислушиваясь к тому, как эта же карета приближается к его дому, где жил с матерью....
Она смотрела на него широко распахнутыми глазами, забыв на время про разбитое сердце и неистово высматривая на нем кровь, из-за потери которой он так побелел. Но увидела только разорванный рукав — всего лишь небольшую дырку у плеча. Однако сообразила, что если бы он не нагнулся, чтобы сдернуть ее с седла, пуля пробила бы ему грудь. Аманда задрожала, как лист на ветру.
Она молчала, как он велел. Девин внимательно прислушивался, пытаясь уловить звук чужих шагов, но, похоже, стрелявший, кем бы он ни был, делал то же самое.
Добрых десять минут спустя, так ничего и не услышав, Аманда прошептала:
— Ты возишь с собой ружье. Зачем?
— С тех пор как в меня начали стрелять, я подумал, что это хорошая мысль.
— Кто в тебя стреляет?
— Если бы я это знал, то от пуль уклонялся бы кто-то другой.
— Фаррел?
Девин негромко хмыкнул:
— Было бы неплохо, но нет, все началось задолго до того, как Экстер показал себя таким мерзавцем.
— У тебя есть враги?
— По меньшей мере один.
— Так кто же это?
— Повторяю — я не знаю!
— Но ты сказал…
Он приложил палец к ее губам.
— Сейчас не время это обсуждать. Пуля могла попасть в тебя, Мэнди. До сих пор я просто принимал меры предосторожности, а сейчас жажду крови. Я найду того, кто поставил под угрозу твою жизнь, чтобы добраться до меня, но пока нужно доставить тебя в безопасное место.
Так вот почему он побелел? Испугался за нее? Вот и правильно, подумала Аманда, чувствуя возвращение гнева.
Девин снова свистнул, и его жеребец опять вернулся. Не будь Аманда переполнена гневными, болезненными чувствами, она бы попросила его научить ее этому тоже. Но больше уроков с ним не будет, никаких.
Девин по-прежнему не полагался на волю случая. Он посадил ее в седло и запрыгнул сзади сам, но все равно заставил Аманду пригнуться к шее жеребца и сидеть так, пока они не выбрались из леса.
Девин доставил ее не в конюшню, а прямо к парадной двери, спрыгнул сам и помог спешиться ей. Он хотел прикоснуться к ее щеке, но Аманда резко отдернула голову.
— Вы можете ехать, — чопорно произнесла она."
"— Думаешь, это не убивает меня — то, что я должен направить тебя на правильный путь? Но ты заслуживаешь лучшего.
