Автор
В яркими и чистыми сумерками, особенно по ночам, когда светили фонари, молодой человек стоял у окна своей спальни, наблюдая за красивыми каретами, мимо которых проезжали. Иногда он оставался в тихом ужасе, прислушиваясь к тому, как эта же карета приближается к его дому, где жил с матерью....
Ее вкус к мужчинам был просто отвратительным!
— Чушь! Вулзли боготворил ее. Ради нее он хотел оставить свою семью. — Услышав резкий вдох Девина, Гарт добавил: — Ты не знал? Это правда. Но она не позволила ему ради нее пойти на такой скандал. Она оберегала тебя. Так же, как оберегал тебя я, не поддаваясь порыву стать частью твоей жизни.
— Я тебе не верю.
— Это не имеет значения. Да, у меня бывали короткие мгновения безумия, когда я вдруг начинал думать о разводе и нормальной жизни с тобой и Элейн. Но это мысли эгоистичные, и из этого все равно не вышло бы ничего хорошего.
— Отлично! — Девин стукнул себя в грудь. — Потому что я жил с этой ненавистью слишком долго — и ничто сказанное или сделанное тобой не сможет меня от нее избавить.
— Значит, ты обрадуешься, узнав, что я лишился в жизни всех — всех, кого хоть чуть-чуть любил. Жена умерла давным-давно, но она ничего для меня не значила. Рожденный ею сын погиб от несчастного случая, впрочем, он был человеком еще более презренным, чем я, именно таким, от превращения в которого я пытался уберечь тебя, не подпуская себя близко.
— Как ты этого заслуживаешь?
Губы снова искривились в слабом подобии улыбки.
— Зачем превращать это в вопрос? Конечно, ничего лучшего я не заслуживаю.
— Он был настолько мелочным?
— Нет. Это мой недостаток — считать всех такими же презренными личностями, как я сам, хотя мне известно, что это не так, в особенности когда речь идет о моем отце. Он хороший человек, а я — его величайшее разочарование.
— Он еще жив? — Но Девин уже знал ответ на свой вопрос. — Твой отец — лорд Калли, верно?
— Я не удивляюсь, что он тебе нравится. И да, он твой дед.
