Позволь мне согреться — это история о дрожащем сердце и поисках тепла. Подвал древнего замка становится не просто местом, а холодным флером страха и тревоги, где каждый шаг заставляет гудеть в ушах старый, затертый временем камень. В этом мире свет от магии — единственный способ выжить и сохранить душевное тепло в холоде подземного пространства....
Сначала я отстраненно пожала плечами, но потом поделилась грустными мыслями:
– Я все думаю о семье виконта Дершака. Возможно, супруга была в курсе его темных дел, но остальные…
– Мишель, не думай об этом. Корона со всем разберется, – отмел Людвиг мои сомнения.
Знаю я по истории, как корона разбирается с семьями неугодных, преступников и магами не с тем даром. Горько хмыкнув, я поделилась размышлениями:
– Не могу не думать о том, что двенадцать в общем-то ни в чем неповинных девушек, дочери, сестра, племянницы, которые только-только познали вкус светской жизни, выброшены на обочину жизни.
– Иттера обмолвился, что его величество приказал всю семью Дершака после его казни отправить в Храм Отречения. Голодными и бездомными они точно не останутся, – сухо сообщил Дагоран.
– Ты правда считаешь это справедливым по отношению именно к ним? – с горечью спросила я.
Людвиг пересел ко мне, обнял за плечи и, преодолев мое, буду честной, чисто символическое сопротивление, прижал к груди со словами:
– Увы, иногда закон всемирного равновесия срабатывает вот так, несправедливо, больно, жестоко для кого-то. Но ты… мы в этом точно не виноваты.
– Еще бы научиться это делать, – тяжело вздохнула я.
Потом пригрелась у него на груди и отпустила все запреты, ограничения и предрассудки. Так было спокойно в сильных руках, так тепло. Запах Людвига радовал обоняние, под ухом мерно и уверенно стучало его сердце, мою руку накрыла мужская ладонь, прижимая теснее. Так и заснула вскоре.
* * *Мое пробуждение было неспешным ровно до момента, когда поняла, что экипаж стоит.
