Автор
В 20 километров от цивилизации, планка была очень низкой. Капитан группы специальных операций имел в себе гены сейсмических хищников и ястрабов — способных ориентироваться в любых условиях. Никита тонко чувствовал каждое движение вражеского бота, заставляя его остановиться незаметно. Темный лес вокруг наполнялся тревожной атмосферой, словно земная корка готова была вот-вот сдаться под прессом холодного моря....
Подойдя к полке с оружием, он принялся задумчиво перебирать трофейные стволы, полностью готовые к употреблению. Две автоматические винтовки, три пистолета, два десятка штык-ножей, гранаты и куча боеприпасов ко всему этому роскошеству. При необходимости всем этим можно было дать серьёзный бой целому взводу.
Неожиданно в тихий перестук оружия вкрался едва слышный шорох. Услышать его обычный человек просто не мог. Моментально насторожившись, Никита схватил первый попавшийся штык и, бесшумно ступая босыми ногами, подобрался к двери.
Очень скоро он понял, что человек был один, вот только запах его был каким-то странным. Не понимая, что это значит, Никита насторожился, на всякий случай приготовившись к драке. Странный пришелец, добравшись до двери, предпринял осторожную попытку открыть её. Несколько раз нажав на створку и убедившись, что всё не так просто, человек принялся ковырять её чем-то, пытаясь понять, что именно не даёт двери открыться.
Плавно отодвинув засов, Никита чуть отступил назад и, размахнувшись, с силой пнул дверь ногой. Резко распахнувшись, тяжёлая самодельная дверь чувствительно стукнула пришельца по лбу, заставив его сдавленно охнуть и плюхнуться на пятую точку. Не давая противнику опомниться, Никита выскочил на площадку и, недолго думая, треснул его по макушке рукоятью ножа.
На полу, потеряв от удара сознание, лежала девушка. То, что это существо было женского пола, Никита определил только по длинным до плеч волосам и нежным округлым щекам, никогда не знавшим бритвы. Во всём остальном она практически ничем не отличалась от любого другого оборванца, некогда толпами бежавших из этих мест. Только руки, с длинными, изящными пальцами с ходу выдавали её принадлежность к женскому полу.
Грязная, оборванная и, судя по запаху, давно не встречавшаяся с мылом и горячей водой. Задумчиво посмотрев на свою добычу, Никита взял с полки моток верёвки и, быстро связав её, выплеснул в лицо пригоршню воды, приводя в чувство. Застонав, девчонка открыла глаза и, страдальчески морщась, потянулась руками к голове. Только после этого она поняла, что связана.
