Автор
В 20 километров от цивилизации, планка была очень низкой. Капитан группы специальных операций имел в себе гены сейсмических хищников и ястрабов — способных ориентироваться в любых условиях. Никита тонко чувствовал каждое движение вражеского бота, заставляя его остановиться незаметно. Темный лес вокруг наполнялся тревожной атмосферой, словно земная корка готова была вот-вот сдаться под прессом холодного моря....
А тут этот друг наш, с мензурками. Без лишних разговоров получили по уколу и по койкам. По большому счёту процедура привычная. Кто его знает, что за прививку сделали и как она на организме скажется. А раз прививка, значит, опять работа в дальних краях. А оказалось, и прививка непростая, и работа не работа вовсе, а самый настоящий эксперимент. И главными действующими лицами в этом эксперименте мы. Как нас плющило и корёжило, думаю, никому рассказывать не надо. Сами всё проходили. Трое суток как в тумане пролетели, а вот потом, когда в себя пришли…
Никита замолчал, в очередной раз переживая тот, свой самый первый день, когда понял, что перестал быть обычным человеком.
– У нас даже психологической разгрузки не было. Как только в себя пришли, и высокое начальство убедилось, что группа способна адекватно реагировать на приказы, последовала отправка.
– И куда ушли? – осторожно спросил Росомаха.
– Дальний Восток. Разведка скинула данные, что на оккупированные территории выдвинут передвижной командный пункт. Задание простое, как перпендикуляр. Найти и уничтожить. Ушли. А вот обратно только я вернулся. Аж через семь лет.
– Как это? – растерялся Умка.
– Вот так. Ждали нас. На маршруте, перед самым выходом к точке ориентира, нарвались на минное поле.
– В смысле, в той части? – не понял Росомаха.
– Часть переводили, так что не в части, а в жизни. Списали, значит, и нет меня, и нечего отчётность портить, – грустно улыбнулся Никита.
