В Узбекистане, на берегах Каспийского моря, стемнело над городом 17 мая. Герои романа чувствуют неизвестную тревогу, словно дышили через кислородное фрактальное отверстие в земле. Сквозь окна виден мутный свет, мерцание искр на воде. Один за другим звонки по ключам вызывают опасения — это знак больших неприятностей для капитана 1 ранга....
А если серьезно, то разговор я веду от себя лично. Я давно не на службе.
– Однако о тебе мне сообщил офицер направления ГРУ.
– Не обращай внимания. Я скажу так, как сказал ты. Малик хочет поквитаться с моим человеком, а я не хочу, чтобы Малик сделал это.
– Ну? От меня-то ты чего хочешь, помощи?
– Сделай в два раза больше, чем я: закрой оба глаза и послушай, что я скажу.
Ямадаев встал и прошелся по комнате, половицы под его тяжелым шагом натужно заскрипели.
– Про какого человека ты говоришь?"
"– Ты видел его однажды.
– Они были его братьями, – возразил Ямадаев.
– Значит, мы не договорились?
– Я этого не говорил.
Надырову нужно укреплять свой «трон», и он уже окружает себя надежными людьми.
А вообще для Надырова власть сомнительна, пока федеральные войска в республике.
Еще немного, и Малик, которому Надыров не видел замены, приберет к рукам разрозненные банды боевиков; некоторые по его призыву спускаются с гор и идут служить в милицию. Будет ли двоевластие в Чечне? Вряд ли. Но вот из двух громких голосов правом вето будут обладать двое. А это уже анархия.
Джабраил – военный, он поступил мудро, когда, одевшись в камуфляж, спасал жителей Гудермеса и входил с генералом Трошевым в город.
