Автор
В романтических снится грёзы? Все мечтают работать в "Грёзах", но Васнецова — нет. Вместе с другими студентами она случайно оказывается в таинственном заведении, где реальность и фантазия смешиваются воедне. Здесь любовные треугольники, шокирующие признания и незапланированные романтики — все это происходит прямо на работе, заставляя студентов задуматься о том, что настоящая любовь может быть в чем угодно....
Глава 26
Сорваться вниз
— Народ, я пока не предлагаю играть в бутылочку, но вы меня не провоцируйте! Мы просто обязаны что-нибудь сотворить, о чем потом Карина Петровна с содроганием вспоминать будет! Предлагаю начать с простого: подсыпать гостю наркоту в завтрак. Кеша, выдавай координаты дилеров!
— Иди в Жору, Герман, — ответил ему Кеша уныло. — Не осталось у меня никаких координат. Ага, сидел бы я тут с вами в одной комнате, если бы осталось…
— Герман, ты же шутишь? — с опаской уточнила я. — Если мы гостей доставать начнем, то нам мало не покажется.
— Кто-то, я смотрю, горит желанием поиграть в бутылочку! — припечатал он меня обратно к стулу. — Или у вас есть другие версии? Давайте, давайте, друзья мои, не томите!
Его специально никто не томил — он сам томился и всех утомлял. Кристина отдувалась за молчунов:
— Разве что пододеяльники с простынями в приемнике местами поменять. Горничные смешно покричат…
Герман долго и серьезно ее рассматривал, как будто мысленно переводил с японского на русский и все никак не мог уловить смысл, потом выдал:
— Итак, сделаем вид, что последних двух минут не было, чтобы мне в вас не разочаровываться, и вернемся к нормальным идеям.
— Кстати говоря, — подала голос Ангелина. — Кикимора вчера на пару дней люкс сняла, нас она точно узнала — мерзко хихикала в свой кулачок. Я ни на что не намекаю, но, — закончила именно так, словно никакого продолжения фразе и не требовалось.
Кристина тут же заинтересовалась:
— Точно?! А чего раньше молчали?
— Ну, понеслась, — Мишель радостно потер руки.
"— Так ты там и правда спал, — заметил Герман. — Я же тоже на тех фотках — размытое пятно справа. И я был оскорблен! Я ей не какое-то размытое пятно! Меня даже в статье про падение нравов золотой молодежи не упомянула, я рыдал — кое-как психологи откачали.
Юра тихо прокомментировал специально для меня:
— Кикимора — это Каримова, ведущая скандальных хроник.
Ну, раз даже Юра не посчитал себя вправе остаться в стороне, то я уж точно потеряла надежду воззвать к разуму. Штурм нельзя было назвать «мозговым», потому что по большей части мы ржали, но каким-то невероятным образом выстраивалась и сумасшедшая стратегия.
