В темных подъездах неприветствующих глазах соседей и холодеющих пространстве домов, мелодия душевных переживаний отдавалась в унисон. Воздух напоминал смесь тухлых яиц и кислоты лимона — нечто среднее между зловещей атмосферой и непонятным приступом эпилепсии, когда мозг сам собой начинает рисовать черно-белые картинки....
Пусть стерва из меня не выйдет, но полностью выходить из образа не стоит. Пока что девушки мои единственные союзницы.
— Давайте работать, — напомнила самая сознательная Фабиана.
Рыжая уже приступила к разбору хлама с секретера. Переглянувшись с шатенкой, мы поспешили к ней присоединиться. А потом чихали и кашляли, разбирая истлевшие тряпки, бумаги и прочий мусор.
— Из-за этого кладбища здесь всё гниёт на глазах, — брезгливо скривилась Кэйтилин. — Чтобы не рисковать, пришлось оставить все свои любимые вещи в академии.
"Нищенской её одежду можно было назвать с натяжкой. Не скажу, что я разбиралась в местных брендах, но вещи Кэйтилин и Фабианы сильно отличались, качеством пошива и тканью. Если подумать, и гардероб Бриджит выглядел дорого.
— Это практика, — заметила я. — От слова «практичный».
Шутка прозвучала совсем криво, но девушки рассмеялись.
— Смотри-ка, что здесь есть, — Кэйтилин вытянула из ящика секретера чёрную перчатку без пальцев, украшенную прозрачными камнями, расположенными в странном вышитом узоре.
— Верни на место, — шикнула испуганная Фабиана.
— Щас, когда тут гули разгуливают, — шатенка бросила перчатку мне. Я от неожиданности чуть не выпустила её из рук. — Спрячь. У тебя есть карманы.
— Зачем?
Только утихшая паника вновь защекотала нервы. Руки задрожали. Меня снова втравливали в неприятности.
Скрип двери пробежался дрожью по телу. Я сама не заметила, как сунула перчатку в карман и отвернулась к стопке хлама, чтобы перекинуть его в мусорное ведро.
— Намного лучше, — похвалил ректор.
Теперь он выглядел иначе в чёрном плаще, застёгнутом под горло, плотно обхватывающем атлетичную фигуру. Импозантно, я бы сказала. Волосы были собраны в короткий хвост. Лишь несколько прядей выбилось, спадая на красивое, но строгое лицо. Образ смягчал верный пёс, который прыгал возле ног мужчины, то и дело пытаясь облизать его пальцы.
— После обеда придёте с тряпками, для влажной уборки.
— Снова вместе? — поинтересовалась Кэйтилин, захлопав длинным ресничками.
Мужчина явно с трудом сдержал себя от того, чтобы скривиться. Сначала посмотрел на Фабиану, которая продолжала старательно прибираться, потом на меня.
— Нет, только адептка Слоул, раз решила взять вину на себя.
Я тяжело сглотнула, нутром ощутив бешенство шатенки. И биглю понятно, что ректор не заинтересуется своими студентами, но, кажется, у неё было своё мнение на этот счёт. Только бессмысленной ревности мне не хватало.
