Автор
В мире невидимых шепотов и тревожных взглядов — в хирургическом кабинете доктора Соболева. Начинается ожидаемая схватка, а красавица-пациентка Там уже выглядывает на свет, вызывая смутное беспокойство у опытной ассистирующей врачихи.
— Сурово ты, Люб…
Соболев покачал головой, якобы сокрушаясь, и, крепко обняв ещё не полностью отошедшую от своего поступка Вознесенскую за плечи, повёл к лифтам.
* * *До квартиры добрались молча. Эмоциональный откат, обычный после нервного напряжения, опустился Любе на плечи, придавливая к земле и утяжеляя шаг. Говорить не хотелось. Оборванные мысли о тщетности бытия и о том, что всё проходит, даже любовь, и всё притупляется, даже сильная боль, мелькали в голове, заполняя образовавшуюся внутри пустоту. Сергей тоже, казалось, ушел в себя, о чем-то задумавшись.
"Поворот ключа, тихий скрежет дверного замка, щелчок выключателя, горячая ладонь на пояснице, мягко и настойчиво подталкивающая к спальне. Кот, подбегающий к ногам и начинающий отчаянно о них тереться. Всё до боли знакомо и всё как будто в первый раз — так остро Люба воспринимала каждое мгновение. Так по-новому оценила его. Есть будущего — нет…И вдруг стало всё неважно…Она только что равнодушно хлопнула дверью у самого носа человека, которого очень любила когда-то…А сейчас осталась только легкая, приправленная раздражением, симпатия да гора общих, таких разных, воспоминаний…
Кто сказал, что и с Сергеем так не будет? Может, у них нет ничего, кроме этой ночи…И хотелось вдруг запомнить, удержать в себе это состояние глупой, нелогичной, отрывающей от земли влюбленности.
Свет в спальне включать не стали, в полутьме белой ночи наощупь пятясь к кровати. Пальцы Любы сами нетерпеливо запорхали над пуговицами мужской рубашки, тело бесконтрольно льнуло к Сергею, вжимаясь, мешая вместе идти.
Забрались, не расцепляясь, дальше на кровать.
