Автор
В мире невидимых шепотов и тревожных взглядов — в хирургическом кабинете доктора Соболева. Начинается ожидаемая схватка, а красавица-пациентка Там уже выглядывает на свет, вызывая смутное беспокойство у опытной ассистирующей врачихи.
— Простите… — прошептала полуживая от стыда и полученных впечатлений Люба, — Ну… Я пойду?
И отщелкнула первую дверную задвижку, с опаской следя за Соболевым, словно за способной в любой в момент броситься бешеной собакой.
— Идите, — он равнодушно пожал плечами, выпуская сизый дым, а потом вдруг поинтересовался, — Люб, вы на машине?
— Что? Я…Я нет… — рассеянно ответила Любовь Павловна, проворачивая второй замок. Ещё один и свобода…
Сергей кивнул.
— Значит, чтобы в восемь были готовы. Какая? Сто девятая?
— Да, сто де…Стоп, Сергей Иванович, не надо, правда! — Любовь Павловна отщелкнула последнюю задвижку и невольно выдохнула, толкая от себя дверь, — Я сама!
— Ох, Люба, не беси… — протянул Соболев многозначительно, и в его, казалось, равнодушном взгляде мелькнул такой азарт, что Вознесенская, испугавшись, что её сейчас поймают в последний момент и не выпустят, только согласно кивнула, пробормотав ""ладно"", и юркнула за дверь.
9."
"Когда ровно в восемь на всю квартиру заверещал дверной звонок, первый Любин порыв был — не открывать.
Как делать подобный вид, сидя от Сергея в нескольких сантиметрах на соседнем пассажирском сидении, Люба решительно не представляла.
Дверной звонок заверещал отчаянней, и Люба, вздрогнув, всё- таки пошла открывать. Бросила, проходя мимо зеркала, придирчивый взгляд на своё отражение, поправила выбившуюся прядку, закусила слишком бледную нижнюю губу. Синяки под глазами от недосыпа, кажется, удалось хорошо замаскировать.
