Автор
В мире невидимых шепотов и тревожных взглядов — в хирургическом кабинете доктора Соболева. Начинается ожидаемая схватка, а красавица-пациентка Там уже выглядывает на свет, вызывая смутное беспокойство у опытной ассистирующей врачихи.
Так что достаточно лишь слишком часто не срезать премии, и благосклонно относиться к тебе будут. Несмотря на хамство…да… Тем более ведь есть разница, кто и как тебе хамит. Был бы Соболев не двухметровый красивый подтянутый мужик, а какой-нибудь пухленький плюгавый старикашка, то, может быть, старшая медсестра Катерина и не тянула с таким восхищением ""СерИваныч"".
Как он терпит, кстати? Ужас…Сер… Хер…Люба расплылась в улыбке сильнее, сверкнув глазами, и усилием воли подавила в себе ненужное веселье. Вот только из головы новая вариация имени-отчества заведующего выходить никак не желала, распеваясь на все лады.
Да что ж он такой…породистый…Господи… Дыхание помимо воли сбилось, по телу прокатился мягкий жар и мешающей думать тяжестью осел внизу живота.
Люба моргнула, прогоняя наваждение, и постаралась вспомнить, что заведующий — хам. Впрочем, он ей в этом и сам отлично помог. Сначала Соболев с невозмутимым видом поинтересовался, сколько ей лет и замужем ли она. А потом, глазом не моргнув, сообщил, что для ординатуры Люба, мягко говоря, старовата…Нет, чисто технически Любовь Павловна всё понимала, но женщина в ней мстительно сощурилась и пообещала это припомнить.
И задета…
Красивый мужчина, примерно её ровесник, при всём отделении назвал её старой…Если, когда она встанет, Соболев ляпнет, что она ещё и толстая, она месяц будет плевать ему в чай…
Успокоившись от подобной перспективы, Люба расплылась в ещё более мягкой улыбке, думая, ну какой же заведующий козёл…И чуть не вывихнула челюсть, пытаясь сохранить эту чёртову улыбку на лице, когда услышала невероятный Соболевский вердикт: "" Вы мне, кажется, подходите.
* * *Соболев со всё возрастающим любопытством наблюдал, как вполне себе искренняя улыбка на лице у избранной ординаторки превращалась в застывший пластмассовый оскал. Черные зрачки Любы постепенно расширялись, поглощая радужку и делая направленный на него взгляд бездонным. Сергей работал с людьми, а потому умел считывать их эмоции достаточно хорошо.
