Что бывает с империями после гибели императоров?
— А что будет с нами? — спросил я.
— Ничего. Конклав выберет нового Предстоятеля и все будет как всегда.
Ну, конечно. Если Уваров даст это сделать. По моим прикидкам, он хотел стать именно императором. И ладно бы России. Всего мира. Но я все равно чего-то не понимал. Что, он станет захватывать страну за страной? Это медленно и в конечном итоге приведет к различному недовольству. Или кто-то постоянно будет нападать на Белорусское содружество? В том, что агрессия в сторону нашего союзника — банальная инсценировка, я не сомневался.
Из ночной мглы вынырнул один из мвдошников и что-то сказал Игорю на ухо. Тот встрепенулся, выбросил сигарету и поднялся на ноги.
— Давай не броди долго. А нас скоро снимут, не сомневайся, — передал он мне сложенную вдвое толстушку. — Похоже, накаркал ты Макс. Федерация решила больше не отступать.
Я сложил газету и уперся головой в ладони. Нет, мне многое было непонятно. Но я осознал главное. Магические боевые действия — это не просто столкновение стенка на стенку. Это война гибридная. Осторожные ходы сидящих в тени гроссмейстеров, подкрепленные редкими проявлениями силы в виде рядовых магов. Что стало понятно еще?
Нападение на магов Польши будет скрыто массовыми беспорядками немощных. В том числе, наверное, и в Калише. Это и логично, долго держать людей под действием сонного заклинания банально небезопасно. Почему-то мне кажется, что главное требование немощных это и есть результат войны. Выход из НАТО? Еще бы знать, что это значит на магическом языке. Ясно другое, Уваров использует все ресурсы, в том числе СМИ для достижения своих целей. Даже интересно стало. Правильно ли я пытаюсь разгадать планы Охранителя или тычу пальцем в небо?
Мои размышления прервала группа практикантов. Других, не боевых соединений. Они вроде были из новосибирской школы. Сплошь артефакторы и ведьмаки, которые решили пойти на мирные профессии. Кто же знал, что завтра будет война? Ребята занимались немаловажным делом. Подгоняли под ответ условия задачи. То есть подчищали наши следы и делали так, чтобы все выглядело, как и писалось в газетах и показывалось по телевидению. Зато стало спокойно за Байкова с Мишкой. Если их и призвали, то теперь ребята в относительной безопасности.
Я подошел к прибитой у палатки дощечке, на которой мелом были выведены корявые буквы Коршуна.
Меня в которой раз покоробило, что Никифорова убили, но название группы не переименовали.
