Эрхан, бывший маг и Теневой Судья, оказался на континент Эфой в теле младшего принца Эргор. После восстания и казни принцу предстоит непредсказуемое будущее. Интрига разворачивается вокруг перемен и судьбы этого молодого человека.
Золотая Банши ничуть этому не удивилась, она уже привыкла ожидать всего, что угодно от этих созданий, чем бы они ни были, — но вдруг ноги самой Банши подкосилась. Её всю дёрнуло от боли и пустоты и, она свалилась на колени. Банши перекосило. Она растерянно взглянула на собственную грудь и обнаружила на ней огромную кровавую рану. Банши залезла в неё рукой, — и не нащупала сердца. В следующее мгновения она уже лежала на том же самом месте, где всего минуту назад была женщина. Ужасная слабость, бездна глубже самой смерти пожирала Банши, и всё ещё где-то рядом с нею звучал непонятный голос:
— …И всё-таки, интересный типаж у короля-мага. Необычный. Владыка был таким же? Это интересно знать. Если он действительно преуспеет, из него выйдет занятный «Бог Войны», в противовес моему брату.
Банши слышала голос, но уже не слушала. Складки её лица раскрылись, как будто лепестки мясного цветка, и за ними открылась широкая красная пасть. Банши хотела издать посмертный рёв, который издают все Банши, но не могла: она погибла целых пять минут назад…
Когда Артур вышел из трещинки, он первым делом взглянул на Марию: девушка лежала на своей кровати, бледная и уставшая, спящая, с руками на своём немного полноватом животе; потом он посмотрел на склизкого чёрного змея, прятавшегося под кроватью. Артур к нему присмотрелся, и вдруг вспыхнул огонёк — змей выгорел в кучку пепла. Он не успел даже завизжать.
Но Мария всё равно проснулась и слегка приподнялась. Она повернулась к мужчине и сказала:
— Доброе утро, Артур.
— Я… Не доглядел, — ответил мужчина и слегка опустил глаза. Мария улыбнулась.
— Я тоже… Хе-хе. Артур, подвинь её поближе, я не хочу случайно упасть: будет так неловко. А мне сейчас вредно волноваться.
Артур кивнул, и вдруг придвинул девушке Аркадию, которая всё это время держалась у него за спиной и неловко мяла ноги. Не успела служанка ничего сообразить, как вдруг Мария захватила её в свои объятия. Аркадия вздрогнула и повисла в нежных руках.
— Всё хорошо, — произнесла Мария нежнейшим голосом. Аркадия сглотнула и тоже неловко обхватила её руками, а потом прижала её всеми силами и вдавила лицо в плечо девушки.
— Всё хорошо, — повторила Мария и улыбнулась. — Только пожалуйста, не кусайся.
Аркадия ей в ответ хныкнула. Девушки обнимала друг друга едва ли не минуту, а когда разошлись, лицо Аркадии снова было очень красное, но не заплаканное, — она не пролила ни единой слезинки; Мария же, улыбаясь, снова вернулась лежать на кровать.
