– Ты моя невеста, – упрямо заявил он, легко надавливая головкой члена на мой вход.
Готова поспорить, для него это словно не значит ровным счетом ничего.
– Фиктивная, если ты не забыл, поэтому для удовлетворения своих потребностей я могу хоть по всему городу прогуляться, – заявила я, сразу же вскрикивая, ведь Фостер подался вперед, медленно заполняя меня. А я и забыла, каким большим он был. Короткая вспышка боли моментально сменилась наслаждением, усиливая пульсацию внутри меня.
Ладно, я лгала, такое не так уж просто забыть.
Фостер зарычал, утыкаясь носом в мою влажную шею, и шумно вдохнул запах моей кожи. Его бедра вжались в мои ягодицы, а рельефная грудь прислонилась к моей спине. Так чертовски тесно.
– Тогда не удивляйся, если после своего рандеву ты окажешься в Сайлент Хилле15, Барби, – пробормотал он, подаваясь назад и снова входя в меня, но уже резче.
Я задохнулась от потрясающих ощущений, разливающихся в моем животе, уронила потяжелевшую голову на кровать и сжала в руках покрывало. Фостер расположил руки по обе стороны от меня и, не щадя мои бедра, задвигался в сумасшедшем темпе.
Каждый раз, когда его бедра бились о мою задницу, по комнате разносился громкий и чертовски неприличный звук, а сменялся он моим громким стоном. Кровать двигалась в такт нашим движениям, жалобно скрипела, и на секунду я всерьез забеспокоилась, что к финалу нашей страсти мы окажемся на полу среди деревянных обломков.
– Скажи, Барбара, ты ведь об этом думала, когда вернулась в город? Ты ведь хотела оказаться подо мной? – тяжело дыша, спросил Фостер. Его грудь была такой горячей и стала влажной от пота, и каждый раз, когда она касалась моей спины, мне хотелось умолять его не отстраняться, а лишь прижаться ко мне еще сильнее.
– Нет. И после того, как покинула город, я не думала о тебе ни секунды. – Мои слова окончились криком наслаждения, ведь Фостер поменял ритм, он замедлился, но стал входить в меня резко и глубоко. Он придавливал меня своим мощным телом к матрасу, и каждый раз, когда его член проникал в меня, я втягивала живот, усиливая и без того безумные ощущения. Его зубы с силой сомкнулись на задней поверхности моей шеи, он просунул руку между мной и покрывалом и зажал мой сосок между пальцев, посылая волны мурашек по всему моему телу. Его влажный язык прошелся по костяшкам моей шеи и позвоночника, и от этого горячего жеста нежности в моем животе воспарили те самые большекрылые черные бабочки, которых я поклялась потравить как назойливых тараканов."
"Я уловила что-то странное боковым зрением, дверь в комнату была приоткрыта, хотя я точно помню, что Джефри закрывал ее. В темноте коридора мелькнул силуэт.
Боже мой, это была Челси! Наши взгляды встретились: ее потрясенный, шокированный и мой испуганный и стыдливый.