Автор
В белом листке с печатными буквами Барбара вновь и вновь пыталась прочитать приписку — словно надеясь найти какую-то секретную информацию. Она ненавидела мелкий шрифт, но уж не могла пропустить эту важную деталь. В банке извещение об остатках счёта вызвало странное волнение и тревогу — Барбара стояла лицом к лицевой стороне банковской карты......
– Прости, ты подавился своим языком, или я сказала что-то смешное? – злобно прищурившись, спросила я.
– Да, я в курсе, что вы успешный дизайнер, мисс Эдвардс.
Моя грудь неприятно сжалась.
Он сказал Эдвардс.
– Повтори.
– Говорю, вы делаете замечательные платья, мисс Эдвардс.
Совсем недавно я изготовила платье для одной актрисы Бродвея. На мой взгляд, она была туповата, ведь когда ее спросили о платье, она назвала журналистам мое имя неправильно. В результате фотографию ее, одетой в мое творение, напечатали на страницах глянца.
Я все еще злилась на эту актрисульку, ведь она испоганила мой шанс на славу. Но откуда Джефри знает о том случае? Сомневаюсь, что на досуге он почитывает глянец.
– Да пошел ты, – угрожающе сузив глаза, фыркнула я.
Глава 7
Джефри
Барбара схватилась рукой за мраморный косяк арочного прохода. Ее разъяренный взгляд блуждал по моему лицу, но был таким отстраненным, словно параллельно с этим своим убийственным взглядом она подыскивала варианты того, как обставить мою кончину.
Я буквально видел, как дымится ее голова, пока она размышляла об этом. И это чертовски забавляло меня, живот сворачивало от предвкушения, ведь я словно покорный зритель ожидал, какую сцену она отыграет следующей.
Барбара и раньше была немного драматична, многие ее эмоции были наиграны, ведь, как я и говорил, она прирожденный манипулятор, точная копия ее отца, правда лишена хладнокровной деспотичности Эванса.
Но мисс Эрин Сваровски следовало поблагодарить меня, она ведь любит лошадей всем сердцем, поэтому работа не станет для нее сложностью. Куда лучше, чем драить туалеты на нескольких этажах офиса «Эванс-Фостер Энергетик» в центре города.
"Пока мои мысли были где-то далеко, взгляд бессознательно опустился на ее грудь. Я сглотнул, жадно изучая светлую кожу и соблазнительные полушария в объятиях кружева. Член в штанах болезненно дернулся, я заерзал на стуле, усаживаясь поудобнее. Мой пульс участился, ведь мозг настойчиво подкидывал мне десятки картинок, и на каждой из них была огромная надпись «запрещено».
