Могу игнорировать боль, которая парализует мою душу всякий раз, когда вижу Дэша, и могу пережить этот кошмар, пока не закончится выпускной год... потому что я отказываюсь позволить ему узнать, какую сильную боль он мне причинил.
Дэшил был прав. Именно это он и сделал. Он продолжает жить своей жизнью, как ни в чем не бывало. Как будто меня, бл*дь, вообще не существовало. Пресли хотела убить его, когда я рассказала о том, что увидела в обсерватории. В течение нескольких недель было трудно не разрыдаться, когда я слышала, как он шутил с Рэном или ссорился с Паксом в коридорах.
Я испытала облегчение, когда в октябре семья Амалии переехала в Аргентину и забрала ее с собой. Отсутствие необходимости смотреть на нее и вспоминать, что она делала с моим парнем, немного помогло, но боль так и не прошла полностью.
Итак, мое бесконечное наказание за то, что я не вняла предостережению Дэша, продолжается. Может быть, однажды, через год или два, когда между нами будут тысячи миль, я проснусь и почувствую, что наконец-то снова могу дышать. Но пока…
Я резко поднимаю голову, отыскивая человека, который только что окликнул меня по имени. Директор Харкорт быстрым шагом направляется ко мне через библиотеку, ее лицо, как обычно, очень серьезно. Женщина натянуто улыбается, когда подходит к столу, за которым я занимаюсь, и деловито постукивает костяшками пальцев по дереву.
— Олдермен был бы рад видеть, что ты так усердно учишься, — говорит она тихим заговорщицким голосом. — Не могу понять, почему ты занимаешься здесь, когда у тебя так много места наверху. Должна сказать, я думаю, что у тебя самая лучшая комната во всей академии.
Она все еще думает, что Хлоя Хан поменялась со мной комнатами по доброте душевной. У меня нет сил сказать ей правду, что Дэш подкупил девушку. Через двадцать четыре часа после того, как застала его в обсерватории с членом во рту Амалии Гиббонс, я умоляла Хлою снова поменяться со мной комнатами. Она посмотрела на меня, как на сумасшедшую, а потом, даже не подумав, наотрез отказалась меняться обратно. Сказала, что ей нравится жить близко к душевым на втором этаже, но после того, как я приставала к ней в течение нескольких дней, Хлоя проговорилась, что Дэш сказал ей, что она не может поменяться обратно ни при каких обстоятельствах. Это чертовски сбивало с толку. Парень нагло растоптал все мои чувства, раздавил мое сердце, ему было абсолютно наплевать на меня, а затем сказал ей, что их сделка отменяется, если она примет свою старую, гораздо большую спальню обратно. Может быть, заставить меня оставаться в красивой комнате со всеми красивыми вещами, которые он мне купил, было просто еще одной формой наказания с его стороны. Той, которая действительно была очень эффективной.
Теперь я ненавижу эту комнату.