Если вы, Мамикон, собираетесь меня шантажировать, то ничего не выйдет, — это должно было прозвучать твердо и решительно, но мой голос задрожал.
— Зачем? — улыбнулся он. — Ты что кино плохого насмотрелась? Не смотри. Я хорошее кино тебе покажу. Жизнь дам, как в этом самом кино. Тебе и ребёнку. Платон хороший, интеллигентный, добрый. Но он не сможет тебя защитить. У него зубы еще не прорезались. А против твоего мужа клыки нужны. Иначе твой Дима Платона без соли скушает.
— Дайте догадаюсь: а вас он загрызть не сможет?
— Конечно, нет, — еще шире улыбнулся Мамикон. — Платон — котенок, а тебе нужен тигр. Я! Поэтому предлагаю защиту и полное обеспечение. Тебе даже не придется его обманывать. Он со мной знаком. Мы теперь партнеры. Ты у меня работаешь. Неужели он отберет помощницу у того, кто помог ему в нужный момент? Мы будем спокойно встречаться. Причина у нас есть.
— Вы ради этого вложились в его бизнес? — спросила я.
— И ради этого тоже. Люблю, когда везде и все схвачено. Деньги должны работать. Какая мне разница, где они будут работать? А так и тебе хорошо, и мне. Все довольны, счастливы и кушают шашлык.
— Что вы хотите от меня, Мамикон?
— А чего хочет мужчина от женщины? — он погладил мои пальцы. — В ленинскую библиотеку вместе ходить? Нет, можно и туда. Я читать люблю. Я буду листать, ты — конспектировать.
— Зачем я вам? Неужели никого получше не нашлось? Помоложе и без проблем?
— Какие проблемы, дорогая? Проблемы — это когда в землю кладут, а все остальное — это чтобы в жизни не скучно было. Хочется мне с тобой красивый роман. А я не привык себе отказывать, — он убрал руку, внимательно глядя мне за спину.
Я обернулась. По залу к нам шли Дима с Гольдманом, а с ними еще какой-то мужик в темном костюме.
— А вот и мой юрист, — Мамикон встал и пожал руку мужчине в темном костюме.
— Может быть, лучше завтра в офисе подпишем? — спросил Гольдман.
— Зачем нам офис-шмофис? — пожал плечами Мамикон. — Что за ужасная московская привычка? У нас на Кавказе все дела делаются в ресторане. Тут тебе и выпить, и закусить, шашлык-машлык, зелень, — он взял с тарелки несколько веточек кинзы и закинул в рот. — Душа радуется, витамины в организм падают. Жизнь короткая у нас. Зачем еще ее укорачивать?
Мужчины подписывали документы, а я уткнулась в тарелку, едва дыша. Что это? Зачем Мамикон мне фото показал? Это такая осторожная, но явная угроза? Если я ему откажу, то покажет ли он эти фото Диме? Я ведь его не знаю совсем. Балагур-весельчак, а глаза опасные.