Правда же, дорогая?
– А может, вы тут как-нибудь без меня? – спросила, глядя с надеждой почему-то на Эрингора.
– Без тебя будет немного проблематично. Так что присаживайся, радость моя. – Сказано это было таким тоном, что я чуть не села здесь же, у двери. – Так вот, – продолжил Крафт, когда я примостилась на краешек дивана, – сенат категорически отказывается менять мне в угоду законы наследования. Проштудировав законодательство вдоль и поперек, я нашел только одну лазейку. Но и она, мягко говоря, не выход из сложившейся ситуации.
– И что же это за лазейка? – поторопил Родэр.
– Как вам известно, представлять меня в сенате могут только родственники. И единственный способ освободить Сальфию от навязанной ей роли моей будущей родственницы, это… обзавестись наследником. В этом случае я смогу отказаться от поста в его пользу, и вот тогда уже сам, являясь представителем несовершеннолетнего сенатора, буду вправе выбрать человека, представляющего семью, вне зависимости от родственных связей. Вот такая маленькая бюрократическая лазейка. Но сейчас этот вариант слегка неуместен, – развел руками Крафт.
И все дружно посмотрели на меня. А я из всего этого поняла только то, что Энроду срочно нужен наследник… и все по-прежнему глазеют на меня.
– Мне пора на занятия! – подскочила и почти побежала к двери.
– Арика, следующее занятие у вас провожу я, – усмехнулся Крафт.
– А мне нужно… в общем, мне нужно! – начала остервенело дергать почему-то не поддающуюся дверь.
– Так в чем проблема? – язвительно проговорила Сальфия. – Любая простолюдинка с радостью родит тебе хоть десять наследников.
И я замерла, ожидая ответа Энрода. Не знаю почему, но мне было жизненно необходимо услышать, что Крафт на такое не пойдет. И я услышала.
– Не обсуждается, – жестко проговорил лорд, и дверь с легким щелчком отворилась. – Арика, можешь идти.
Я выскочила из кабинета. И здесь, скрывшись за дверью от сверлящих взглядов, уже не спешила уходить. Мне захотелось услышать, чем закончится этот разговор. Вот прямо очень-очень захотелось. Но из кабинета не доносилось ни звука. Ну почему я не могу становиться невидимой или видеть сквозь стены?
И вдруг в теле появилась необычайная легкость. Я будто парила над полом, а не стояла на нем. Осмотрелась и вскрикнула. Вот только звука своего крика не услышала. Я стояла на прежнем месте и досадливо смотрела на дверь, только при этом не шевелилась и даже не моргала. И я же смотрела на саму себя. Но ни тела, ни ауры у себя не ощущала. Будто сознание отделилось от тела и парило в свободном полете. Должно быть, это очередная разновидность магии проснулась. Только я о таком даре никогда не слышала.