В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Правила счастливой свадьбы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Антон Чижъ Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Немного развеяться перед свадьбой… В Твери девушки румяные и сдобные, как пряник, так и хочется укусить напоследок… Ну, вы меня понимаете…
В знак сохранения мужской тайны Пушкину подмигнули.
– Фамилия приятеля?
– Тангет Саша, – охотно ответил Гурлянд. – То есть Александр Александрович… Славный малый, служит в частной типографии…
– Женится?
Газетчик даже фыркнул.
– Что вы! Ему приданое без надобности…
– 23 апреля, когда возвращались в Москву, на остановке в Клину зашли в привокзальный буфет и обсуждали с вашим приятелем дела «Клуба веселых холостяков», – проговорил Пушкин, наблюдая, как меняется выражение лица газетчика: от дружелюбного к растерянному.
– Откуда вы… вам известно… – пробормотал он, будто сгибаясь под тяжестью тюремных кандалов.
– Жандарм вас приметил, буфетчик слышал разговор, – сказал Пушкин, скрывая бесценный источник сведений сыскной полиции. – Вы обсуждали убийства невест в сезон свадеб. Первая жертва – невеста графа Урсегова… Жду признания…
Выронив папиросу, Гурлянд сжал руки в знаке вечной верности и дружбы."
"– Господин Пушкин… Клянусь чем угодно… Спасением души… Гибелью газеты… Это не мой секрет…
– Чей секрет: вашего приятеля Тангета или господина Ферха?
Запутавшись, как мотать головой – отрицательно или согласно, Гурлянд наконец опустил ее.
– Спросите у графа, раз о нем известно… А я не могу… – проговорил он и встрепенулся. – Даю вам слово: и в мыслях не было убивать невест. Ну что за невозможная идея?
– Идея реализована… Невеста вашего друга Ферха умерла позавчера, ваша невеста – вчера. Есть основания полагать еще две якобы случайные смерти невест…
В отчаянии Гурлянд сжал виски кулачками и прислонился к стене. Видимо, без сил.
– Я же говорил… говорил… Так и знал, что кончится какой-то глупостью… Господин Пушкин, ну подумайте, зачем мне терять приданое? Зачем мне убивать Мариночку?
– Ради более существенных выгод, – ответил Пушкин. – Ради вашего клуба…
– Нет никакого клуба! – в отчаянии вскрикнул Гурлянд. – Слово вам даю! И нет у меня никаких выгод…
– Разговор в Клину был?
– Был… был… Но никак не касался жизни невест… И мадемуазель Бабановой ничто не угрожает… Она же невеста Урсегова… Ну как вас еще убедить?
Гурлянд был напуган по-настоящему. И гадок.
– Что узнали о смерти невесты вашего приятеля Ферха?
– Ничего особенного… Рихард сказал, что она умерла, да и только… Выпили с ним за помин души, да и только…
– Что делали позавчера с одиннадцати до полудня?
– Что я делал! – воскликнул Гурлянд. – Что каждый день: готовил номер, собирал, редактировал и сверстывал материалы! И вчера все одно и то же… Как на каторге…
– Не сравнивайте, пока не попробуете, – сказал Пушкин, чем вызвал приступ паники у газетчика.
